Родительская кухня на третьем этаже дома в Саммите, Нью-Джерси — вот где начинались почти все субботы ее жизни за последние тридцать один года. Риган привыкла залезать на перила и подглядывать в окно в ожидании начала нового дня. Но эта суббота была особенной: это последняя ее незамужняя суббота....
Молодые симпатичные ведущие, Патрик и Джинни, всегда работали вместе; интервью они тоже брали вдвоем. Джинни была блондинкой с дочерна загорелым лицом, Патрик — жгучим синеглазым брюнетом с точеным профилем. Сегодня они были одеты, что называется, «по-домашнему» — джинсы известных марок, яркие водолазки и молодежные ботинки на толстой подошве. Программа была рассчитана на тот сегмент аудитории, который начинает воскресное утро, включив ящик, и желает увидеть на экране парочку молодых, симпатичных и раскованных телеведущих.
Гостей усадили в кресла и оделили микрофонами.
Покинув дикторский стол, Патрик и Джинни заторопились к ним навстречу, сияя ослепительными улыбками. Они сели и поправили свои микрофоны. Патрик весело подмигнул всей компании.
Когда камеры повернулись в их сторону, Джинни представила следующий сюжет:
— Апрель, по традиции, это время свадеб, — начала она.
Камера сфокусировалась на Риган и Бриан; Джинни представила их.
Я чувствую себя дурой набитой, подумала Риган.
— Сегодня у нас в гостях Альфред и Чарис, безумно талантливые молодые модельеры из Манхэттена. Последние два года о них не раз писали в модных журналах — и все благодаря бесподобным свадебным платьям, которые они создают. — Вы только взгляните, — сказала Джинни, указывая на фото. — К несчастью, именно их прекрасные творения сделались мишенью грабителей. И все-таки, когда я соберусь под венец, я хочу, чтобы мое платье сшили именно вы! — хихикнула Джинни.
— С большим удовольствием, — заверил ее Альфред, расплываясь в приторной улыбке.
Вкратце поведав телезрителям печальную историю ограбления, Джинни повернулась к Альфреду и Чарис с расширенными глазами, исполненными неприкрытого сострадания:
— Ну, как вы сегодня себя чувствуете?
— Ужасно. Мы просто выбиваемся из сил, — заявил Альфред, — Мы всю ночь, не смыкая глаз, трудились над свадебными платьями.
