Родительская кухня на третьем этаже дома в Саммите, Нью-Джерси — вот где начинались почти все субботы ее жизни за последние тридцать один года. Риган привыкла залезать на перила и подглядывать в окно в ожидании начала нового дня. Но эта суббота была особенной: это последняя ее незамужняя суббота....
— Слушай, а я и не подозревала, что ты выходишь замуж!
Она обернулась, вздрогнув от неожиданности.
Ее сотрудница по имени Дэйзи, у которой как раз был перерыв, стояла в двух шагах от Виктории.
— Я только что видела газету! — взволнованно вскричала она. — Почему ты мне ничего не сказала?
Виктория улыбнулась:
— Мой жених очень застенчивый. Мы не собирались устраивать ничего грандиозного. Просто тихо посидеть в тесном кругу…
— Я даже не знала, что у тебя есть жених! Мы уже не первую ночь проводим вместе, и я только и делаю, что изливаю тебе душу, жалуюсь на свою несчастную личную жизнь, а ты как в рот воды набрала! Так кто же он, этот счастливчик?
— Его зовут Фредерик.
— Знаешь, что мы сделаем? Устроим для тебя девичник!
— Спасибо, не надо.
— Но почему? Это замечательный повод, чтобы собрать вместе всех, кто здесь работает. Что тут особенного? В газете написано, что ты — апрельская невеста. Когда ты выходишь замуж?
— Ты же знаешь, по субботам и воскресеньям я работаю.
Дэйзи заглянула в газету и ткнула пальцем в фотографию одного из свадебных платьев Альфреда:
— А тебе не кажется, что твое платье слишком шикарное для скромной будничной свадьбы в узком семейном кругу?
— Фредерик — художник. Он собирается писать мой портрет в полный рост в свадебном платье. Поэтому я и выбрала нечто особенное.
— Боже, как романтично! А куда вы отправитесь на медовый месяц?
— Скорее всего, проведем пару дней в горах Поконос, — поспешно ответила Виктория.
— Я тебя прекрасно понимаю. Я тоже такая: мне бы только плюхнуться в шезлонг, и я уже счастлива. Скажи, а как он выглядит, этот твой Фредерик?
На лице Виктории появилось выражение трепетного благоговения.
— Он просто чудо. Чудо! К тому же потрясающе талантлив.
— Да, но все-таки как он выглядит? — повторила Дэйзи. Эта особа всегда и во всем привыкла настаивать на своем.
— Картинка. Просто картинка. Глаз не оторвать.
Дэйзи так и покатилась со смеху:
— Мне это нравится, клянусь богом! А что сказала твоя мама, когда узнала, что твое платье похитили? Она, наверное, чуть с ума не сошла. — Дэйзи немигающе уставилась на Викторию расширенными от любопытства глазами.
