Родительская кухня на третьем этаже дома в Саммите, Нью-Джерси — вот где начинались почти все субботы ее жизни за последние тридцать один года. Риган привыкла залезать на перила и подглядывать в окно в ожидании начала нового дня. Но эта суббота была особенной: это последняя ее незамужняя суббота....
— Если туда нагрянут копы…
— Марко, но ведь у тебя в сумке нет наркоты, ничего такого, правда? Потому что, если это не так, тебя ждут большие неприятности. Я сто раз тебе говорил, что не хочу ввязываться ни во что…
— Нет у меня ничего! — рявкнул Марко. — Но пока ты тут дрых, я кое-что вспомнил. Мне вдруг пришло в голову, что я оставил у тебя дома ключи от квартиры этих чокнутых модельеров.
— Разве ты не выбросил их?"
"— Нет, представь себе! Я только собирался это сделать. Но я и думать не думал, что нам придется надолго уехать! И уж конечно я и представить себе не мог, что Джойс может исчезнуть!
— Похоже, ты совершил ту самую ошибку, о которой говорила Риган Рейли по телевизору.
— Это ты во всем виноват! — заорал Марко. — Если мы вляпаемся, то только по милости твоей ненаглядной Джойс!
Все то время, пока они пересекали штат Небраска, Фрэнсис молча глядел на светлую полосу шоссе впереди.
57
Когда Виктория добралась до дому, она сразу же позвонила Джефри:
— Ты в порядке? — сочувственно спросил он.
— Да, милый. Но мне не терпится поскорей уехать отсюда.
— Понимаю. Я сейчас же за тобой приеду.
— Мне понадобится какое-то время, чтобы собрать вещи.
— Я так хочу тебя снова увидеть. Я выезжаю прямо сейчас. Как только ты будешь готова, мы уедем за город.
Виктория улыбнулась:
— Будь осторожен. У меня такое чувство, будто за нами следят.
Через двадцать минут Джефри уже взбегал по ступенькам лестницы дома Виктории. Ему на память вдруг пришло изречение Ги де Мопассана, которому принадлежат слова: «Самое лучшее в любви — это лететь вверх по лестнице».
Он позвонил; ему пришлось подождать, пока Виктория отпирала свои многочисленные замки.
В квартире царил самый настоящий кавардак: все было перевернуто вверх дном. Она схватила его за руку, втащила внутрь и бросилась ему в объятия. Когда они не без труда оторвались друг от друга, Джефри растерянно огляделся.
Сначала он улыбнулся и попытался сострить:
— Тебе вовсе не нужно было прибираться ради меня.
— Ты бы видел, что творится в спальне, — беспечно ответила она. — Но на самом деле лучше не стоит! Всякий раз, когда мне приходится паковать вещи, я никак не могу решить, что с собой взять. И в конце концов бросаю все как попало!
Когда она скрылась в своем крошечном будуаре, Джефри присел на диван. Но сидел он как на иголках. Ему даже телевизор включать не хотелось, чтобы лишний раз не слышать все эти пересуды о свадебных платьях.
