Писатель Алекс Шан-Гирей решает разорвать отношения с женщиной своей жизни, чтобы обрести личную свободу. Но расставание оказывается началом непредсказуемых событий, которые перевернут его представления о любви, творчестве и смысле существования. Роман о выборе между одиночеством и истинной...
Раздел Chitat.online для книги «Неразрезанные страницы» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Писатель Алекс Шан-Гирей решает разорвать отношения с женщиной своей жизни, чтобы обрести личную свободу. Но расставание оказывается началом непредсказуемых событий, которые перевернут его представления о любви, творчестве и смысле существования. Роман о выборе между одиночеством и истинной...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Писатель Алекс Шан-Гирей решает разорвать отношения с женщиной своей жизни, чтобы обрести личную свободу. Но расставание оказывается началом непредсказуемых событий, которые перевернут его представления о любви, творчестве и смысле существования. Роман о выборе между одиночеством и истинной...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Ты можешь сейчас приехать… как эта улица называется?..
Митрофанова фыркнула и покрутила головой с возмущением:
– Петровка.
– На Петровку можешь приехать?
– Тридцать восемь?
Алекс удивился:
– Почему тридцать восемь?
– Тебя в тюрьму, что ль, посадили?
Но Алексу некогда было разбираться, что такое Петровка, тридцать восемь – он не знал, честно!
– Приезжай, здесь есть какое-то кафе. Нам нужно поговорить.
– На Петровке этих кафе до мамы! Ты с Митрофановой? Приложи ее к трубе!
Пока они разговаривали, Алекс рассеянно озирался вокруг.
…Какое отношение Александр Романов мог иметь к Сергею Балашову? Нет, вероятнее всего, они были знакомы, это можно даже не проверять – все люди этого круга так или иначе знакомы друг с другом!.. Но поверить в то, что Романов, «кумир миллионов», как писала о нем все та же желтая пресса, мог убить Балашова, да еще в собственном доме, никак не получается. Нужно, по всей видимости, искать какие-то мотивы, только вот что это могут быть за мотивы? Старинная вражда? Диалектические противоречия на почве эстрады? Славу не поделили?
Да нет, все это чушь, чушь!..
Такая же чушь, как и вся инсценировка с Береговым!
И девушка! В преступлении замешана девушка с длинными белыми волосами – совершенно точно. И это пока единственное, на что можно опираться. Только вот как именно на это опираться?..
Алекс не знал.
– Он сейчас приедет, – проинформировала Митрофанова. – Маня звонила, спрашивала, как у нас дела. Я ей рассказала про краску и про подоконник.
Алекс кивнул. Он ее не слушал.
– А Никоненко что?
– М-м?..
…Если девушка была, а это можно считать доказанным, значит, нужно по очереди проверять всех блондинок из окружения Балашова, а их много. Лариса Фадеева – номер первый. Она любила Сергея, была ему предана, и как раз на почве любви и преданности совершается множество самых страшных преступлений. И мотивов существует множество, и они всем известны – «не доставайся же ты никому» и «от любви до ненависти» самые распространенные.
Алекс поморгал глазами, которые все слезились.
Митрофанова, очень сердитая, сопела у него за плечом, а прямо перед носом он увидел витрину с какими-то шмотками.
Тут он сообразил: это – как раз то, что ему нужно.
– Давайте зайдем, – попросил он. – Я бы себе штаны купил.
И стал подниматься на крылечко.
– Вы с ума сошли, – зашипела Митрофанова и дернула его за руку. – Здесь нельзя ничего покупать!
– Почему? Или эти вещи не продаются?
– Продаются, но за миллион! Вы что? Разве можно покупать что-то в бутике на Петровке?!
– Тридцать восемь? – вдруг вспомнил Алекс.
