Автор
В безмолвном крике открытый рот заставляет упасть на колени. Сердце бьется мелким звенящим колокольчиком в голове. Вкус ментоловой жвачки острый и знакомый, как родной язык. Дрожь разбегается по телу, пальцы стремительно делятся с кровью, словно захваченными врагами, вырываясь из плоти, отталкиваясь и вырезая из своей души....
Я просто хочу, чтобы он кончил, чтобы доказать себе, что я не настолько ужасна, раз не могу довести до оргазма парня, который утверждал, что может кончить от одного только ощущения моих губ на себе. И это, блядь, случается! Да! Кир начинает кончать, пытаясь вытащить, но я не даю ему это сделать, принимаясь сосать и вытягивать из него все, что могу, потому что это точно ему запомнится. Танька утверждали, что парни обожают, когда им разрешают кончать в рот и вылизывают досуха, чем я и занимаюсь, чувствуя на себе обжигающий взгляд все еще тяжело дышащего Кирилла и сжимая бедра от собственного возбуждения, потому что меня нереально завела его реакция и то, чем мы занимались, несмотря на нервы.
— Ты охуительна, мелочь… — выдыхает Кир, запуская пальцы в мои волосы, когда я заканчиваю и отпускаю его полутвердый член, кладя голову на его бедро.
Дав ему минутку отдышаться, я поднимаюсь с подушки и усаживаюсь верхом на его колени, глубоко целуя и со стоном опуская его руку себе между ног, где все ноет и пульсирует в ожидании разрядки.
— Да ты потекла, пока сосала мой член, — дразняще шепчет мне Кир, кусая за мочку уха, прежде чем накрыть большим пальцем клитор, слегка нажимая и отступая назад, к влажному входу.
— Кирилл, не дразни! — хнычу я, когда два пальца резко входят на всю длину.
— Настолько возбудилась? — присвистывает он. — Какая плохая девочка…
— Кир!
Кирилл хрипло смеется, но уступает мне, стремительно доводя до оргазма своими волшебными пальцами, изучившими меня вдоль и поперек, а потом мы оба растекаемся лужицей на постели, пока голод не заставляет встать и пойти на кухню.
— Мы не сможем проводить так много времени в постели, когда ты переедешь, — жалуется он, когда к ночи мы снова самозабвенно трахаемся на кровати, но несмотря на усталость, все равно оба почему-то не спим.
— И хорошо, потому что я так скоро ноги свести не смогу, — стону я со смехом, ведь мы действительно перестарались в последний раз.
— Ты привыкнешь, — самодовольно заявляет Кир.
— Ты тоже привыкнешь к тому, что не все идет так, как хочется тебе, — мстительно говорю я.
— Какая ты вредная!
— А ты самовлюбленный!
— Скорее в тебя влюбленный, маленькая стерва, — заставляя мое сердце замереть, в очередной раз признается он, а я просто застываю и молчу.
