Автор
В безмолвном крике открытый рот заставляет упасть на колени. Сердце бьется мелким звенящим колокольчиком в голове. Вкус ментоловой жвачки острый и знакомый, как родной язык. Дрожь разбегается по телу, пальцы стремительно делятся с кровью, словно захваченными врагами, вырываясь из плоти, отталкиваясь и вырезая из своей души....
Мне становится неловко и неприятно, поэтому я быстро отворачиваюсь и тянусь к своему бокалу с коктейлем.
— Кто-то ревнует? — ехидно спрашивает Жека, и я с удивлением понимаю, что он обращается ко мне.
— Это его сестра, идиот, — смеется Федя, сжимая мое плечо. — Кто хочет наблюдать, как его брат сосется с телкой?
— Да иди ты! — присвистывает удивленный парень. — Ты мутишь с сестрой Кирыча? Ну, ты мужик, Фед! Где ты была до сих пор, цыпа?
— Не твое дело, — снова отвечает за меня Федя. — Теперь она со мной. И она не цыпа.
От его слов на душе становится так тепло, что я начинаю улыбаться во весь рот.
Жека внимает негласному предупреждению и переводит тему, забыв обо мне. Скоро Жанна, наконец, отлипает от другого бока Феди и идет танцевать, оставив нас на диванчике вдвоем, но парень продолжает сидеть вплотную, поглаживая кончиками пальцев мое плечо и посылая табун мурашек по коже.
— Хочешь потанцевать? — шепчет он мне на ухо. — Я этого не люблю, но мне срочно нужен повод тебя обнять.
Я согласно киваю, чувствуя, что краснею от смущения.
Он ведет меня к танцующей толпе и мы пристраиваемся недалеко от стены, где не так много народу. Хотя трек идет быстрый, Федя обнимает меня за талию и притягивает к себе, принимаясь медленно покачиваться, что в принципе и танцем-то нельзя назвать.
— У нас просто смешная разница в росте, раз даже на каблуках ты такая маленькая, — говорит он мне на ухо, обжигая кожу горячим дыханием. — Но мне нравится.
— Федя, — выдыхаю я, сама не зная, что именно хочу сказать, но он, внезапно, напрягается.
— Не называй меня так, — резким тоном, немного испугавшим меня, приказывает Дубов.
— Прости, — выпаливаю я, не зная, как реагировать на такую смену настроения.
— Просто не люблю это имя. Давай ты будешь звать меня, как все — Фед. Договорились?
— Хорошо, Фед, — соглашаюсь я.
Если ему не нравится, то я больше не буду звать его Федей. Мне все равно не понять этих мужских заморочек. Я прижимаюсь лбом к его твердому плечу, млея от того, как его пальцы двигаются вниз по моему предплечью, пока не достигают ладони, играя с моими пальчиками.
— Какого черта ты творишь? — внезапно раздается из-за спины пропитанный яростью голос Кирилла, и я испуганно ойкаю, вырываясь из объятий Феди и оборачиваясь к брату.
