Автор
В безмолвном крике открытый рот заставляет упасть на колени. Сердце бьется мелким звенящим колокольчиком в голове. Вкус ментоловой жвачки острый и знакомый, как родной язык. Дрожь разбегается по телу, пальцы стремительно делятся с кровью, словно захваченными врагами, вырываясь из плоти, отталкиваясь и вырезая из своей души....
Так получилось, что по какой-то прихоти судьбы, я оказалась похожа на его жену, но он не поэтому любит меня, хотя справедливости ради стоит признать, что именно это сходство было причиной, по которой он обратил на меня внимание. У нас был долгий и откровенный разговор об этом, после которого все мои сомнения отпали и, я могу с уверенностью сказать, что Петя любит меня и видит во мне именно меня, а не призраки прошлого.
На мои глаза наворачиваются слезы, но я смаргиваю их и отворачиваюсь.
— Ася, я не хотела тебя расстроить… — севшим голосом говорит Вера.
— Нет-нет, я не расстроена! — спешу переубедить ее. — Я просто рада, Вера, правда! Одиночество папы всегда беспокоило меня и когда он познакомил нас с тобой… Я волновалась за него, понимаешь? Но раз ты все и сама знаешь, у меня нет причин не верить тебе. Спасибо! Ты представить не можешь, какое облегчение я сейчас испытываю.
— Рада, что мы поняли друг друга, — улыбается она.
Возвращается папа и мы еще долго сидим, разговаривая, пока он не говорит, что пора домой.
— Пап, я спать. Спокойной ночи! — говорю ему, целуя в щеку.
— Спокойной, Ася. Не засиживайся допоздна, у тебя и так уже круги под глазами. Не думай, что я не заметил, — строго говорит папа.
— Это от бессонницы, пап. Я обычно вовремя ложусь, — оправдываюсь я, и это правда. Я плохо спала в последние дни из-за Кирилла.
Иду в свою комнату и заперев дверь на всякий случай, включаю свет, стягивая с себя толстовку на ходу.
— Кир, ты что здесь забыл?! — возмущенно шиплю на него, но он продолжает валяться, притворяясь спящим.
Отбрасываю толстовку на кресло, так как на мне еще остается топик, и подхожу к кровати, толкая Кирилла в плечо, но он не реагирует, по шею завернутый в мое одеяло, как большой спеленатый ребенок. А потом до моих ноздрей доносится отчетливый запах алкоголя и я понимаю, что его негромкий храп настоящий.
— Черт бы тебя побрал, ну зачем ты ко мне приперся?! — беспомощно стону я, потому что до утра его с места точно не сдвинуть. — И где мне теперь спать?
Злая до невозможности, я достаю свою пижаму и топаю в его спальню, решив поспать в его кровати, раз он занял мою, но, как назло, папа выходит из ванной и замечает меня.
— Ась, ты чего? — спрашивает он.
