Автор
Лера просит помощи у Аль, чтобы сблизиться с его сводным братом Асланом — замкнутым и грубым молодым человеком, который презирает общество. Может ли искренность и настойчивость девушки растопить лёд в сердце человека, который отвергает весь мир? История о том, как любовь преодолевает...
Народ в центре расступается, пропуская нас с Никой на импровизированный танцпол. Знакомый ритм мгновенно проникает в кровь, разгоняя её по венам и поднимая настроение на градус выше.
Я отпускаю мысли и начинаю двигаться в такт, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Ника танцует рядом, её шальная энергетика передаётся и мне.
Свет играет яркими вспышками, волосы скользят по спине. Я чувствую себя красивой, свободной и живой, кайфуя от всеобщего веселья и подбадривающих выкриков Дёмы, которые пробиваются сквозь музыку.
— А ты хороша! — пищит Ника, повиснув у меня на шее и стискивая в своих объятиях.
Словно магнитом, я чувствую взгляд на себе. Не Дёмин. Другой. Не могу удержаться и украдкой смотрю в нужном направлении, чтобы только лишь убедиться.
Аслан стоит у края танцпола, в его руке зажата бутылка пива, а глаза следят за каждым моим движением. Мне становится жарче не только от зажигательной песни, но и от того, что я никак не могу разобрать, о чём именно он думает.
Внутри всё переворачивается.
На сводных сестёр не смотрятвот так. На бывших лучших подружек — тем более.
Во взгляде нет осуждения за пошлый образ в кожаном корсете и расклешённой юбке. Что-то мрачное, глубокое и тягучее. Похожее на интерес или любопытство. Засасывающее в обманчивый омут и парализующее движения.
Это выглядит неприлично ещё и потому, что рядом стоит Лера. Она смеётся и поправляет волосы, пытаясь уловить хотя бы каплю внимания Аслана. Я не знаю, как реагировать — сделать вид, что ничего не происходит, или уйти с танцпола под каким-нибудь предлогом. Очевидно, это не плод моего воображения. И самое неожиданное — мне это нравится.
— Алька… Моя горячая девочка…
В мою спину резко впечатывается Дёма, грея своим дыханием висок, ухо и шею. Его руки обвивают мой живот, притягивая меня ближе, как будто не оставляя шансов отстраниться. Я кладу свою ладонь поверх его, останавливая её под конец трека, чтобы не позволить скользнуть ниже — куда-то под юбку на глазах у толпы.
— Это была последняя порция виски, — строго предупреждаю. — Знаешь же, что я не люблю пьяных.
Под предлогом поговорить с Диной, я высвобождаюсь из объятий и выхожу на просторную веранду, прижимая к уху телефон. На улице свежо, кожа покрывается мурашками. Холод остужает разгорячённое тело, а изо рта выходит лёгкий пар.
Я кратко описываю мачехе ситуацию и уверяю, что всё под контролем. Хотя раньше мне казалось, что Аслан не сможет вписаться, оказалось, это совсем не так.
