Я отвлекаюсь на входящее сообщение от Демьяна, размышляя, как бы помягче намекнуть Лере, что костюм на ней выглядит просто ужасно. Она слишком впечатлительная и обидчивая, всё сразу принимает на свой счёт.
— Кстати, что родители сказали про разбитую вазу? Удалось разрулить этот вопрос?
— Да, мы заказали почти идентичную из Испании. И, что приятно, она оказалась на пару сотен евро дешевле.
Разговор подруг мелькает где-то на заднем плане, пока я перечитываю сообщение от Дёмы. Он предлагает забрать меня и поужинать вместе, но я всё ещё раздумываю. Я колеблюсь не из-за отсутствия аппетита. Просто я до сих пор не сказала ему, что окончательно простила, забыла обидные слова и готова оставить всё в прошлом.
Эту неделю между нами висело заметное напряжение — и в универе, и в компании друзей. Демьян заваливал меня подарками, цветами, постоянно звонил. Он не только отвозил меня домой после занятий, но и приезжал по утрам, чтобы забрать. Даже не струсил и пару раз пожал руку моему папе.
— Аслан оплатил? Он поэтому подходил к тебе после пары?
— Да, отдал всю сумму за разбитую вазу, — подтверждает Лера. — Возможно, бабушка даже не сможет отличить разницу.
Я втягиваю в себя кисло-сладкую жидкость через трубочку и едва не давлюсь коктейлем.
— Почему ты не рассказала мне об этом? — спрашиваю строго.
Лера перестает улыбаться, смущенно опуская взгляд и теребя край пиджака.
— Это было обязательно? Извини, не знала.
— Вообще-то да. С какой стати Аслан должен компенсировать полную стоимость разбитого антиквариата?
— Аль…
— Нет, правда, — сильнее завожусь. — Дрались вместе, виноваты оба.
— Алина, мы не знаем, как было на самом деле, — пытается отстоять себя подруга. — Парни утверждают, что именно Тахаев был зачинщиком, и Ника это подтверждает.
Ника откашливается, закинув ногу на ногу и слегка пожимает плечами, будто это всё мелочи.
— Ты же понимаешь, что наша компания всегда будет стоять за своих, что бы ни произошло, — продолжаю давить.
— Аслан мог бы возразить, когда я скинула ему чек в личку, но он просто молча принёс деньги.
— Ты не должна была брать. Неужели неочевидно? — с грохотом ставлю бокал на стол. — Сама виновата, что антиквариат разбили. Только полный идиот пригласил бы в дом-музей целую толпу гостей.
Лера лихорадочно оправдывается, краснея и размахивая руками, но только усугубляет ситуацию. Она не должна была принимать подобные решения без моего ведома. Просто не должна.
Потому что у Аслана нет таких денег. Потому что он кто угодно, но не зачинщик. Потому что взваливать вину на него одного — это подло и несправедливо.
Я прячу телефон в сумку и направляюсь к выходу из шоурума в полном раздрае. Аслан тоже, блин, молодец.