Возвращение домой стало катализатором для Звягинцева. Он покинул грандиозный спортивный клуб в Москве, чтобы вернуться в маленький городок Михайловск, где его сердце и душа всегда находились. В каждом окне экспресса «Москва-Михайловск-Лиловск» виднелись знакомые фермы и ухоженные парки — миры, которые казались медленнее, чем жизнь вне этих стен....
Жека косился на меня, потому что из-за происшествия с Алешей теперь и команде достается, но молчал, чтобы не схлопотать затрещину.
Игра прошла так, как и говорил Димидко на прокачке: мы всласть покатались на рижском «автобусе». «Целтниекс» нас опасался, а потому играл от обороны, но нашим время от времени удавалось прорваться. Первый гол забил Погосян. Второй — Рябов и третий — Гусак. Когда это случилось, он сам не поверил и остолбенел, а потом давай скакать по полю, словно верхом на лошадке, у которой есть только голова, а вместо тела палка.
Под конец игры «Целтниекс» взбесился и ринулся в атаку, им даже удалось закатить мне мяч. А у нас было бы четыре гола, если бы не офсайд.
В общем, хорошо сыграли! 1:3! «Титан» продолжал триумфальное шествие по стране.
После игры Сан Саныч нас собрал и объявил, что на следующей игре на ворота встанет Васенцов — пусть привыкает. С одной стороны, правильное решение, с другой — рискованное. Что ж, посмотрим, что получится.
Дома я связался с Кагановским, он сказал, что выставил встречный иск.
Мне же предстояло довольно сложное и рискованное дело — визит к Кардиналу. Поговорить тет-а-тет у нас не получится: в комнате свиданий много не наболтаешь. Остается попытаться вызвать его в Михайловск типа на допрос при содействии Тирликаса. Надеюсь, у него есть такие полномочия.
И нужно будет обставить этот вызов так, словно не я его инициировал.
Осталось обсудить это со Львом Витаутовичем.
Глава 13
На пороге нового
В Кардинале, лишившемся кудрявой шевелюры, сложно было узнать того самого цыганского барона, тем более на нем не привычная цветастая рубаха, а серая тюремная роба. Казалось бы — всего лишь волосы, незначительная деталь внешности, но теперь передо мной сидел обычный обрюзгший коротко стриженный здоровяк, какого можно встретить в любой подворотне. О таком Гоголь писал — репка хвостиком кверху: маленькая черепная коробка и огромные вислые щеки.
В кабинете никого, кроме нас, не было, но я знал, что старший брат следит, и сказал:
— Привет, Кардинал, ты как?
Он прищурился, сканируя меня взглядом.
— Спасибо за посылку. Чего приперся и как узнал, что я здесь?
— Я ж не знал, где ты чалишься, чтобы сиги отправить. Спросил у знакомой, она в БР работает… И вот теперь она сказала, что тебя привезут сюда, я и захотел повидаться.
