Несбывшаяся жизнь. Книга первая — читать онлайн бесплатно полностью

А как же тот Дымчик, который поехал с ней к черту на рога, к ее матери, только чтобы Лиза не ехала одна? Тот, кто проявил неслыханное благородство и пожалел дуру Ритку? Тот, кто, казалось, прикипел к Анечке и укачивал ее по ночам?

Или он просто бахвалился сам перед собой? Какой он хороший, чуткий и благородный? Перед собой – и заодно перед Лизой?

Да все как у всех: всякого намешано. В куче мусора тоже иногда что-нибудь хорошее попадается, а в шкатулке с жемчужинами – мышиное дерьмо.

В сентябре Лиза должна была выходить на работу, а значит, Анюте придется пойти в ясли.

Наслушалась она про эти ясли и страшно нервничала. Рассказывали, что уход там так себе: детей много, рук не хватает. Кто будет следить, сухой ли ребенок, как поел, не горячий ли лоб, почему хнычет? А выхода не было, нанять няню – дело затратное, сидеть самой – кто их кормить будет?

На Дымчика рассчитывать нельзя, а больше никого у нее нет. Только старый больной Васильич, но обращаться к нему неловко, да и чем он поможет? Сядет нянькой с Анютой?

Сходила в ясли посмотреть, что там и как, и совсем потеряла покой. Все именно так, как рассказывали: детей много, а воспитательниц две, плюс немолодая нянечка. Видно, что стараются, но со всеми не сладить. В группе стоял крик – и висел густой запах мокрых пеленок.

Лиза шла по Сретенскому бульвару и плакала.

Выходит, свои силы она действительно не рассчитала. Не под силу ей эта ноша. Признаться, что не справилась, повиниться? Только кому? Теткам, отговаривавшим ее, когда она оформляла бесконечные бумаги на Аню? Васильичу, сделавшему почти невозможное, чтобы Аня осталась у нее?

«И что дальше? – захлебывалась Лиза слезами. – Отдать девочку в Дом малютки? Забыла, как осуждала собственную мать? А ведь она тебя в детдом не сдала, с сестрой оставила, с надеждой забрать!»

Дымчик появился в конце августа, когда Лиза уже и не ждала.

Открыла дверь, а там он – в знакомой позе: спиной к косяку, нога за ногу. С опущенной головой, изображая раскаяние и демонстрируя чувство вины.

– Пустишь? – не поднимая глаз, спросил он.

«Господи, какая же я дура! Слабая, бесхребетная, бесхарактерная дура!»

Она себя презирала… А толку?

Обнялись – и все исчезло, как не бывало: злость, обида… Все.

Как же она по нему скучала! Он здесь – ее любимый. Он обнимает ее, шепчет покаянные слова, говорит о том, как соскучился.

– Почему ты так долго не приходил? – сквозь слезы шептала Лиза. – Мне было так плохо! Так трудно и плохо, а тебя не было!

– Боялся, – признавался он. – Ужасно боялся, что пошлешь, я ж тебя знаю… И себя знаю, Лизка. Знаю, что я трус и дерьмо. Что не стою тебя. Что виноват… Я понимаю, что вряд ли ты меня простишь. Держался, сколько мог, веришь? Но вот, не выдержал…

И она верила. Знала, что он слабый, но честный.