Сюсюкала, целовала, гремела погремушками, сумками возила игрушки и вещи, зацеловывала и любовалась. На прощанье, стоя у двери, бросала испепеляющие взгляды на дочь и костерила ее последними словами.
– Поздно меня воспитывать, – зевала Ритка, одевалась и, обогнув мать, выскакивала в дверь, не забыв ею хлопнуть.
Полечка бессильно опускалась на стул, забыв, что ей нужно к Васильичу.
– Анечку надо кормить! – волновалась Полечка. – Ну где эта стерва?
К кормлению стерва появлялась, а Полечка, облегченно выдохнув, торопилась к больному мужу.
С Лизой Полечка старалась не встречаться, а когда они сталкивались, Полечка опускала глаза и проскакивала мимо.
А Лиза ее жалела: видела, как той достается. Замечала, как постарела Полечка, как запустила себя – перестала красить волосы и губы, ходила без маникюра, надевала что придется. Из пышнотелой яркой женщины Полечка превращалась в зачуханную пенсионерку.
Лиза не высыпалась, но, когда Анюта заходилась криком, на который ее мать не обращала никакого внимания, шла среди ночи в Риткину комнату и забирала малышку к себе.
Клала ее в свою кровать, давала бутылочку с водой, малышка пригревалась и засыпала.
Лиза смотрела на нее, и сердце наполнялось нежностью и жалостью: что ждало эту девочку?.. Лиза хорошо понимала, что такое сиротство.
Раздражал и вечно ноющий Дымчик.
Лиза злилась, падала с ног от усталости, ругалась с Дымчиком, орала на Ритку, – но ничего не менялось.
Ритка пропала, когда малышке исполнилось четыре месяца.
На кухонном столе лежало письмо – нет, не письмо, а записка на оторванном клочке газеты:
«Ухожу, больше не могу. В конце концов, я тоже имею право на счастье. Отдайте девочку маме и живите своей жизнью».
Девочку! Не Анечку, не Анюту, не дочку, а девочку…
Лиза подошла к малышке. Та спала, смешно причмокивая розовым ротиком, маленькая и беззащитная. Спала, не подозревая, что ее только что предали. Предали жестоко и подло, по самой высокой шкале. Предала та, что выносила и родила, та, что должна любить и защищать.
Которая обязана. Должна. Чья любовь непреложна.
Но что со всем этим делать?
Есть бабушка. А бабушка у Анюты хорошая, и она прекрасно заменит нерадивую мать. И все Анюте отдаст – всю любовь, всю нежность.
А может, Ритка вернется? Поймет, что натворила, и явится? Виноватая, осознавшая – явится, и все наладится?..
Вскоре проснулась Анюта. Веселая и довольная, она лупила по подвешенным погремушкам и во весь рот улыбалась.
Лиза взяла ее на руки и расплакалась.
Девочка испугалась и замерла, уставилась на плачущую Лизу и тоже заревела – громко, в голос.
Проснулся Дымчик и зашел в комнату.
– Что опять? – хмуро спросил он. – Мамаша пошла «прошвырнуться»? Ну да, ей же необходим свежий воздух и новые впечатления.