В темном и холодном подвале шумит безымянный котел, дым бесстыдно взмывает в потолок. Щеки скользят по жесткому камню, а сон отступает лишь на время резких ударов - знак того, что пришло время проснуться. Жажда зверски кричит, требуя воды прежде чем умрет.
Похоже, «(Не)счастье дракона» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Дуоли перешел к соседнему портрету.
– Идите сюда, ваша светлость! – позвал он.
А я… Я пошла, но ноги вдруг так ослабли, что каждый шаг давался с неимоверным трудом. Сердце бешено отстукивало, предчувствуя что-то такое… Но я нашла в себе силы взглянуть на картину. Святая семерка! На ней были мы: я и герцог. Вот только одежда и его светлые волосы отличали нарисованных нас от настоящих.
– Боги… – прошептала я.
Мужчина, облаченный в доспех, смотрел на женщину с такой нежностью, что даже у меня потеплело внутри, а она… Она смотрела на него с безграничным доверием, тревогой и любовью.
– Это портрет неизвестного художника. Если верить хроникам, здесь Катарина прощается с мужем, провожая на первый бой с тварями из-за заслона.
– И она… – Дальше сказать ничего не могла. Словно ком встал поперек горла, мешая произнести хоть слово.
– Да, и она практически ваш близнец, Саманта. Если бы я не был полностью уверен, что все Аталаны давно в могиле, то подумал бы, что вы их потомок.
– Их уничтожили Карры… – Я не спрашивала, а констатировала факт.
– Что? – удивился маркиз. – Уничтожили? Нет, разумеется, нет! Как такое могло прийти в вашу светленькую головку, Саманта? Ривсент Карр встретил Катарину Аталан. Между ними возникло то самое великое чувство, что бывает только у истинных пар, у тех, кто богами предназначен друг другу. Незадолго до этого родители Катарины погибли при странных обстоятельствах. Говорят, они сгорели заживо в одной из башен замка, проводя опасный магический эксперимент.
На очередном портрете был изображен старец с длинной седой бородой, аккуратно заплетенной в затейливые косы. Он сидел за письменным столом и читал огромный фолиант. А вот его одежду я узнала сразу, такие мантии до сих пор носили магистры, преподающие в нашей академии.
– Да-да, вы не ошиблись, Саманта. Ангус Аталан когда-то был ректором академии, где вам довелось обучаться, – озвучил мою догадку Терри.
– И что же случилось дальше?
– А дальше Ривсент и Катарина жили счастливо…
– И умерли в один день? – не удержалась от колкости я.
– В разные, но Катарина не надолго пережила своего супруга. Говорят, она была на последнем сроке беременности, когда ее муж скоропостижно скончался.
– От чего он умер?
– Никто не знает.
