Автор
Октябрьский день плавно приближался к вечеру, солнце еще ярко светило, но воздух уже чувствовал дыхание зимы. Я стояла в пробке на Волоколамском шоссе, размышляя о том, успею ли домой к восьми. Ужина в десять у НТВ с Пуаро ждала меня после бесцельного шопинга по магазинам — награда за непредсказуемые часы....
Похоже, «Несекретные материалы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Может, и полюбил бы виску, да средств нет на такие выпивоны…
Я усмехнулась. Году примерно в восемьдесят седьмом, в самый разгар неравной борьбы Михаила Сергеевича Горбачева с алкоголем, зашла в продмаг на улице Кирова. Девственно пустые прилавки и невесть откуда взявшаяся бутылка ликера «Бенедиктин» ядовито-зеленого, абсолютно не пищевого цвета. Такое страшно ко рту поднести, но двое работяг глядели на «Бенедиктин» с вожделением. Пересчитав имеющуюся наличность, купили ликер и, не долго думая, скрутили в уголке бутылочке голову.
– Как думаешь, пить можно?
Второй, более бойкий и решительный, резюмировал:
– Выпить можно все, что течет, – сунул приятелю емкость, – ну, давай, начинай.
Первый осторожно глотнул и прислушался, как жидкость сползает по пищеводу.
– Ну, – поторопил другой, – рассказывай, как?
– Ничего, – пробормотал, переводя дух, мужик, – склизко очень.
По-моему, лучше о «Бенедиктине» и не сказать.
Дворник элегически глянул на меня.
– Надо чего? Ложки в мусоропровод побросала? Хотя вроде не из наших!
– Нет, поговорить хочу.
– И о чем балакать станем? – оживился Юрка.
– Нину из восемьдесят третьей заешь?
– А как же! Самостоятельная девица, красивая и при деньгах.
– Что за женщину подвозил ей?
Дворник задумчиво почесал нос грязным ногтем и шмурыгнул.
– Жизнь дорогая пошла, страсть! А зарплата – слезы, только на хлеб.
Я достала кошелек и многозначительно повертела его в руках.
– Могу такого про Нинку рассказать! Столько такого!
– Ну да? – изобразила я удивление. – Небось врешь?
– Кто, я? – пришел в негодование дворник. – Да я про всех все знаю – мне мусор рассказывает.
– Участковый? – не поняла я.
– Да нет, мусор из квартиры, – пояснил дворник. – Вот гляди, – и он ткнул пальцем в сторону ароматной кучи. – Три коробки из-под «Зефира в шоколаде», значит, Соловьевой из восемьдесят первой пенсию заплатили; пакеты из гипермаркета «Рамстор» семьдесят девятая выбросила, гостей ждут; пять бутылок явно Сережка кинул, родители уехали, вот он и гуляет.
