Автор
Октябрьский день плавно приближался к вечеру, солнце еще ярко светило, но воздух уже чувствовал дыхание зимы. Я стояла в пробке на Волоколамском шоссе, размышляя о том, успею ли домой к восьми. Ужина в десять у НТВ с Пуаро ждала меня после бесцельного шопинга по магазинам — награда за непредсказуемые часы....
Похоже, «Несекретные материалы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Пьянство искоренялось безжалостно, алкоголиков запирали в погребе, если не помогало, доктор лечил любителей горячительного ледяными обвертываниями и какими-то травами, от которых открывались безудержная рвота и понос.
– Мне десять лет исполнилось, – продолжал старик, – когда Марья Антоновна, барыня, царство ей небесное, позвала мамоньку и велела: «Приведи сына Прохора в дом».
Мать Прохора служила в горничных и была наперсницей госпожи. Но нрав имела замкнутый и господских тайн не выдавала.
– Два мальчишки у ей росли, – пояснил Прохор, – Трофим и Николай, погодки.
– Погодите, – прервала я деда, – что-то вы путаете, у Николая не было никаких братьев, один рос…
Прохор усмехнулся и глянул на меня своими яркими глазами.
– Эх, дело давнее, никого уж и в живых-то нет. История у господ вышла, любовная…
Старые баре Гликерия да Федор родили двенадцать детей, но в живых осталось только двое – Андрей и Настя.
Мать заперлась с дочерью в спальне, потом туда призвали отца. Дворня, поняв, что происходит что-то необычное, попряталась по кухням и кладовым. Из комнаты Насти не доносилось ни звука. Потом оттуда вышли господа, у Гликерии был абсолютно безумный вид и мелко-мелко тряслись руки. Горничным объявили, что родильница спит и не велела беспокоить.
Перед обедом приказали заложить бричку, сунули туда наспех собранные вещички и отправили Андрея в Москву, к бабке по материнской линии.
– Нечего ему тут без дела болтаться, – пояснил Федор, – пусть невесту подыскивает на ярмарке…
К ужину Настя не спустилась, за ней послали горничную. Через пять минут женщина с криком влетела в столовую. Она обнаружила девушку в петле под потолком возле печки, в колыбельке лежал задушенный младенец.
Отец и мать старательно изобразили сначала ужас, потом отчаяние и вызвали врача.
