В унылый зимний вечер Женя шла по пустынной улице, где единственным светом был фонарь над входом в аптеку. Однако ее внимание привлек не изнутри, а снаружи — белоутведенным и непостижно грозным парнем, стоящим у бюро юристов. Тепло его зрачков словно оставляло следы на ее плотном костюме....
А выйти разрешил, только когда машина остановилась возле настоящего дворца, над входом которого для чего-то прикрепили пять звезд.
— Пожалуй, я запросила с вас слишком мало денег.
Несмотря на роскошь, я чувствовала себя не в своей тарелке. Валя собирала меня в поездку, как саму себя. Вместо любимых зимних сапог на низком каблуке она заставила надеть осенние на шпильке. Вместо удобного, совершенно нового пуховика — сунула мне свое кашемировое пальто и шелковый шарф.
Но все равно… В этом отеле даже персонал, казалось, был одет солиднее, чем я.
— Слишком мало шампанского и чересчур много тараканов, — пренебрежительно глянув в сторону, изрек Бояринов. И будто только тем и занимался, что сутками водил работников по отелям, положил мою руку на сгиб своего локтя.
— Тогда нужно было заранее согласовать дресс-код. В моих планах были переговоры, а не открытая выставка ювелирных изделий.
Я попыталась избавиться от руки босса, но проще было ее отпилить.
— Ну хочешь, мы купим тебе униформу? — шепнуло это чудовище.
— Нет-нет! Даже представлять не хочу, во что бы вы меня одели!
Я второй раз попыталась вырваться, однако снова безуспешно. Наглый гад лишь сильнее прижал меня к своему боку. И радостнее улыбнулся:
— А зря.
Его нос слишком интимно коснулся нежной раковины уха.
— Уверен, блестящий камушек между твоих ягодиц смотрелся бы потрясающе, — с горячим дыханием пророкотал этот мерзавец.
И я тут же забыла про свое смущение, неуверенность и желание поскорее спрятаться от всех в самый дальний номер.
Про то, что я приличная учительница, тоже забыла. Злость накрыла с такой силой, что я еле сдержалась, чтобы не ответить этому нахалу, что думаю о его нарядах и о нем самом, в частности.
— Ну вот! — Бояринов выпустил меня из своего медвежьего захвата и довольно хмыкнул. — Совсем другое дело.
— Вы специально меня злите?!
Из ушей уже, наверное, пар валил, но было плевать.
— В ярости ты шикарно выглядишь! И между прочим, этот дивный румянец очень тебе к лицу.
— Ах вы!..
Я буквально захлебнулась от эмоций. Впервые в жизни было жаль, что не владею никакими боевыми искусствами, а вместо гламурного маникюра состригаю ногти под корень, чтобы случайно не поцарапать Машу.
— Всегда к твоим услугам!
Бояринов будто и не заметил моей ярости. В своей прежней царской манере он достал из багажника чемоданы. Вручил их подбежавшему к нам жилистому пареньку в униформе. И, взяв на буксир, потянул меня в сторону холла.
