Некоторое время назад я смотрела на огонь в очаге и думала о том, как пережить эту ночь. Разбушевавшиеся мысли путались, словно мальки в пруду под камешком, отчего-то напоминая мне родной дом с его правильной овальной форме и высоким камышом по берегам.
Похоже, «(не)случайная Жена (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Взглянул в лицо бабушке и подумал о том, что она, несмотря на почтенный, даже для драконихи, возраст, сумела сохранить величественность и остатки красоты. Но больше всего ему нравились ее глаза. Все еще яркие, живые, таившие в своей глубине ум и красоту истинной женщины, которая умеет понимать и думать.
— Так что, мой мальчик, ты получил то, что заслужил, — она бросила взгляд за его плечо. Туда, где в открывшуюся дверь, вышла ее помощница. В руках женщины было аккуратно сложенное одеяло. Женщины переглянулись, и королева улыбнулась, поймав взор своей помощницы.
— Кажется, мне пора! — сказала она.
Грегор напряг слух. Подключил свою драконью сущность, вслушиваясь в то, что происходило в спальне. Различил шорох одежды и понял, что его супруга торопливо одевается, видимо, решив выйти из спальни и предъявить свои претензии. А потому решил составить компанию вдовствующей королеве, предложив ей руку.
— Ты иногда бываешь милым, мой мальчик! — заявила старуха и ее тонкие пальцы с бледной желтоватой кожей, обхватили его локоть.
— Я провожу вас в ваши покои, — любезно ответил он и поспешил вперед, чтобы избежать очередной встречи со своей новоявленной королевой.
Проснулась я как всегда, с первыми лучами солнца, заглянувшими в узкое окно моей комнатушки. Несколько минут просто лежала в кровати, нащупав рукой драгоценные бумаги и радуясь тому, что все получилось. Вспоминать о прошлой ночи, которую провела вместе с королем, не хотелось. И я настойчиво гнала мысли об этом прочь. Но выходило плохо.
Но я не жалела. Оно того стоило. Наверное. Впрочем, жалеть теперь было поздно. Дело сделано, а главное — бумаги у меня, и мне стоит как можно скорее отправить их отцу. А потому, сейчас не время предаваться праздности и разлеживаться, глядя в окно. И что с того, что тело болит, а на душе еще более гадко? Я продала себя не за деньги. Цена моей невинности была велика — жизнь моего брата.
Заставив себя откинуть одеяло, села. Еще несколько секунд медлила, глядя на пол, по которому солнечные лучи расчерчивали яркие узоры. Затем встала, нащупав ногами старые туфли с потертой серебряной вышивкой. Умывшись из таза и приведя себя в порядок, надела лучшее платье, какое только было в моем гардеробе. Его отдала мне Клаудиа, когда я начала работать на нее в качестве горничной.
