– Вы ведь обманываете, что у переводчика ЧП? Решили сэкономить на его услугах?
Шеф осуждающе покачал головой, судя по его взгляду, мне должно быть стыдно, что я так думаю, но я же вижу, как Цербер старательно прячет улыбку.
Несмотря на то, что работой новой напрягли, мне все понравилось. Переводить не трудно, зато каким восхищенно-оценивающим и удивленным взглядом на меня всю встречу смотрел генеральный директор. Такого, видимо, от меня не ожидал. Вот точно хочет сманить к себе в помощники.
И, надо сказать, я уже почти морально готова сманиться. Все равно работаю, так хоть не с Цербером.
Видимо, от того, что за день перестаралась, домой приехала никакущая. Едва хватило на то, чтобы принять душ, про ужин и не вспомнила, сразу упала в кровать. Вечер и ночь прошли словно в бреду. На утро проснулась горячая, постель мокрая. Просто пошевелиться уже больно. Настырный будильник только выключила, но телефон утих ненадолго. Спустя пару часов вновь стал неприятно трезвонить, а трель отдаваться болью в голове.
– Алло, – хрипло произношу я, отвечая на вызов. С трудом сглотнула. Глотать больно.
– Ненадолго же вас хватило, Елизавета Натановна, – строго произносит начальник. – Где вы? Рабочий день уже начался.
– Сегодня меня не будет. Заболела.
– Да очень надо, – кашлянула. Громко, больно. – Видимо, продуло, все-таки, после прыжков с парашютом, – шепчу я в трубку. – Ну все, пока. А то говорить больно. Буду дня через два, если оклемаюсь.
Сбросила вызов, поставила телефон на беззвучный, на всякий случай еще и под подушку его пихнула. А потом погрузилась то ли в сон, то ли в какой-то бред. Надо бы таблетки какие-то заказать, ну или врача вызвать, но сил вообще нет.
Когда вновь раздался звонок, я не сразу поняла, что звонят в квартиру. Долго, настойчиво. Собрать себя и встать было целым приключением, но я все-таки дошла до двери, смотрю в глазок и выпадаю в осадок.
– Что вы здесь делаете, шеф? – хриплю я, чуть приоткрыв дверь, но начальника не запуская и не показываясь. – Рабочий день в разгаре.
– Я зайду? Я привез лекарства. Ты вызвала врача?
– Нет, конечно. В смысле, нельзя зайти. Вы что, приехали проверить, правда ли я болею?
– Почему нельзя зайти?
– Мне к этому не привыкать.
– Поэтому я должен зайти.
– Нет. Мужчина не должен видеть болеющую женщину. Уходите.
Пытаюсь закрыть дверь, но начальник ловит створку, надавливает, молча заходит, ставит пакеты, закрывает за собой дверь. Все так по-хозяйски.
