Увы, это все в прошлом, и нынешний владелец дома давно сдает большую его часть под квартиры, а сам ютится в нескольких комнатах, в которые собрали мебель со всего дома, лишь напоминающую редким теперь посетителям о прежнем блеске.
Однако нынешнему гостю, вольготно расположившемуся в кресле, не было дела до минувших дней. Он из тех, кто живет настоящим, а мысли его стремятся еще дальше, а потому не будет большим преувеличением назвать его «будущим России».
– Я позвал вас, Дмитрий, чтобы обсудить известное нам обоим дело, – глухо проронил хозяин дома, без малейшей приязни разглядывая молодого наглеца.
– Слушаю вас, ваше сиятельство, – почтительно отвечал Будищев, устраиваясь поудобнее.
– Как известно, ваше происхождение, а более всего людская молва связали наши имена вместе. Не могу сказать, что меня это радует, но есть люди, которые отчего-то прониклись интересом к вашей судьбе и принимают в ней самое живое участие.
Лицо подпоручика не выразило в ответ ничего, кроме вежливого внимания, что еще больше разозлило старого графа. «Вот ведь нахальный байстрюк! – с досадой подумал он. – Решается его судьба, а он сидит так, будто и без того весь мир у него в кармане».
– В первую очередь, это, конечно, моя сестра, но не только, – продолжил так и не дождавшийся реакции граф Вадим Дмитриевич. – Каким-то непостижимым для меня образом с ходатайством за вас выступают и княгиня Юрьевская, и цесаревич Александр. Право, за всю жизнь мне не приходилось видеть столь своеобразного альянса. Не постигаю, как вам удалось понравиться и тем, и другим?
– Я обаятельный, – скромно улыбнулся Будищев.
– Вадим Дмитриевич, – с трудом скрыл зевок подпоручик. – Может быть, вы все-таки перейдете к делу?
– Что же, в одном вас нельзя упрекнуть, – вздохнул Блудов, – вы человек дела! Вероятно, так и должно быть. Наступают новые времена, а вместе с ними приходят новые люди с иными идеями. Но прежде чем признать вас, я хочу быть уверен, что вы не опозорите меня и моих предков. И буду откровенен, меня иногда просто ужасает то, что я слышу о вас…
– Папаша, – с легким презрением в голосе прервал его Дмитрий, – не учите меня жить!
– Что? – едва не задохнулся старый граф.
– Что слышали! – издевательски отозвался кандидат в наследники. – Вы все время всячески открещивались от существования сына, а теперь лечите меня всякой фигней о вхождении в семью, титуле и тому подобной чушью.
