Автор
Молодой отец испытывает неладное, когда знакомый требует немедленно покинуть его дом с сыном. Это необычный вызов, который заставляет Анну и Леонида вглядываться во всех подтексты, пытаясь разгадать сущность необъяснимого приказа.
- Ай, мне больно! Отпусти! – женщина рывком выдернула руку из захвата и показательно потёрла запястье. – Понимаю, не терпится. Я и сама горю, но в этом доме нам нельзя. Если Андрей… Геннадьевич узнает, что мы спим, нам не поздоровится. Потерпи, милый!
Она хихикнула, и Егор пришёл в себя."
"- Ты права, надо быть осмотрительнее, - ровным голосом произнёс он и отступил на шаг. – Идём ко мне.
Дальше шли молча, но каждый у себя в голове прокручивал варианты грядущего разговора.
- Подожди минуту, проверю кое-что.
Войдя в дверь, Егор быстро обошёл комнату, скользя взглядом по стенам и потолку. Затем заглянул в ванную и гардероб. Потом ещё раз оценивающе огляделся – камеры не видно, а тщательно искать нет времени.
Но есть вероятность, что отец просто не успел ничего поставить. Или не захотел – Андрей Горин слишком уверен, что всё и так идёт по его плану. А камера в комнатах сына – обнаружь он её – могла бы заморозить и так непростые отношения до абсолютного ноля. Тем более что ему, Егору, тоже есть чем отца прижучить – тайна рождения Агаты, например.
И он махнул рукой Олёне, приглашая её войти.
- Сядь. Итак, мы женимся.
- Ты против? – напряглась молодая женщина.
- Нет! Но хотел бы получить полную информацию. Я считал, что ты родила от меня, и вдруг узнаю, что это ребёнок моего отца. Сама понимаешь, в каком я шоке, а ведь нам предстоит изображать любящую семью!
- Егорушка, я не виновата, - жарко забормотала женщина. – Ты же знаешь своего папу! Он не оставил мне выбора, можно сказать, взял силой.
- ???
У Горина-младшего брови взлетели к линии роста волос, но задать рвущиеся с языка вопросы он не успел.
Олёна всхлипнула и продолжила:
- Да, ради тебя! Он пригрозил, что ты серьёзно пострадаешь, если я не уступлю. И что мне было делать? Пришлось подчиниться. Теперь ты понимаешь, как я тебя люблю?
- Гм… Понимаю, - ответил он. – А беременеть-то зачем было?
- Это вышло случайно! Андрей не любит резинки, он сказал, что успеет.
- Андрей, значит…
- Мне надо его по имени-отчеству звать? – огрызнулась Талова. – Я так и делаю – при всех. Но сейчас мы наедине. Согласись, после того, как видела мужчину голым, выкать ему глупо.
- Так, ладно, опустим. Я не хочу знать, что и как у вас было, меня больше интересует, что и как будет теперь.
- С ним? Больше ничего не будет, - повела плечом Олёна.
