В мире "Несознательного" каждый автор может быть свергнут с вершины без признаков самосознания. Мир разделяется между претендентами на ведущую роль и молчаливыми существами, которым кажется, что они пишут. Здесь атмосфера ожидании и критики — все авторы борются за признание, несмотря на то, что каждый из них сам считает себя просто автором....
— С чего бы я сам ее проектировал? Это проект взяли из тех, которые уже были реализованы, так что моего там ничего нет.
— Ну как же, — ухмыляется следователь, — а кто проектировал пылеугольные установки для обжига?
— Неужели вы думаете, что это я их спроектировал? — Смотрю на него и понимаю, что именно так он и думает. — Нет, на таких установках работала еще ТЭЦ под Москвой, когда там торф разрабатывали. Можете поднять документацию и убедиться, в архиве она должна остаться. У меня знаний в то время не было, чтобы самому все спроектировать, вот и воспользовался чужими данными.
Интересно, будет проверять? Не знаю, зачем это было сделано, но то, что тогда удалось найти, к работе было непригодно, и естественно вычислитель предложил не только рабочий вариант, но заложил запас прочности.
— Хорошо, но тогда кто налаживал их работу? — Вновь проявляет он интерес.
Значит, никакой проверки он проводить не будет, поверит на слово.
— Да откуда ж мне знать, — развожу руками, — я там мало с кем был знаком. В основном другие налаживали, а я только следил, чтобы все по проекту было.
— То есть, ты утверждаешь, что все было сделано по проекту? Никаких даже малейших отклонений? — Начинает он подкатывать с другой стороны.
Ну, это он зря, что отклонений от проекта не было, в этом можно было легко убедиться, там специальная комиссия была создана, подписей под актом приемки с десяток, вот только моей там нет, ибо в то время был несовершенно летним, поэтому моя подпись никого не интересовала. Так что взятки с меня гладки.
Однако становится понятно, что-то на кирпичном заводе произошло. И если за это взялся следователь НКВД, то этом может означать только одно, либо запороли партию кирпича, либо угольная пыл попала наружу, и произошел взрыв. В первом случае до следователя вряд ли бы дело дошло, с производственной дисциплиной всегда разбирались заводские, а вот взрыв, особенно если есть жертвы, тогда да, без следователей не обойдется.
Видимо быть вежливым следователю надоело, и он зашел с козырей:
— Вот показания Семенова, он утверждает, что именно ты проектировал всю печь от начала и до конца, из-за ошибок в проекте произошел взрыв внутри печи. В результате пострадало трое, один оператор и двое разнорабочих. Что можешь сообщить по этому поводу.
— Семенов, Семенов… — задумываюсь я, — нет, не помню я такого инженера.
— Он не инженер, — он токарь на моторостроительном заводе.
