В мире "Несознательного" каждый автор может быть свергнут с вершины без признаков самосознания. Мир разделяется между претендентами на ведущую роль и молчаливыми существами, которым кажется, что они пишут. Здесь атмосфера ожидании и критики — все авторы борются за признание, несмотря на то, что каждый из них сам считает себя просто автором....
Да и двенадцать двухэтажных деревянных домов осенью построили, в дополнение к трем каменным. Это уже инициатива директора завода, как будто знал, что с жильем будет плохо. В центре тоже уплотняют, но это же временно, на полгода или максимум на год.
— Нет, это не на полгода, и даже не на один год, — говорю супруге, — война будет тяжелой и кровавой. Но это я только тебе говорю, чтобы избавить от иллюзий, другим об этом знать не положено.
— Неужели все так плохо? — Удивляется Катя.
— Ну, если бы было все плохо, то фашисты уже Москву бы захватили, — успокаиваю я её, — а так обломятся.
— Страсть какую говоришь. — Хмурится супруга. — А как же наступление, столько городов освободили?
— Города, действительно освободили, — пожимаю плечами, — но немец силен, я же говорил тебе, что с ними против нас половина Европы, просто они никогда не вели военные действия зимой. Мы их, конечно, знатно пощиплем, но совсем прогнать их в сорок втором не получится.
— А в сорок третьем? — Тут же нарываюсь на вопрос."
"— А вот в сорок втором и будет видно, — закрываю поцелуем очередной вопрос супруги.
— Погоди, — пытается она вырваться из моих объятий, — я же еще твои награды не смотрела.
— Потом посмотришь, — прерываю я ее желание смотреть их именно сейчас, в самый неподходящий момент, — мы в данное время одни, и надо использовать такую возможность.
Надо отметить, что возможность использовали на все сто, только через два часа стали приводить себя в порядок.
— Это и есть Орден Ленина, — ткнула Катерина пальчиком в висевшую на стуле гимнастерку.
— Да, это он. Дали за восемь сбитых немецких самолетов. — Уточняю я.
— А это? — Теребит она звезду героя.
— А это дали уже за девятнадцать сбитых. — Поясняю назначение награды.
— Погоди, — Катя начинает смутно о чем-то догадываться, — так это же звезда героя?
— Да, — просто говорю я, — твой муж герой СССР.
— Но почему ты не написал? — Распахиваются ее глаза.
— Потому, что я приехал быстрее письма, — развожу руками, — и вообще, теперь я руководитель КБ при моторостроительном заводе.
— А форма? — Тут же следует вопрос.
— А форма пока останется при мне, — вздыхаю я, — меня пока никто не демобилизовал. Вроде как командировали для выполнения правительственного задания.
— Хм, — супруга смотрит на меня с хитринкой, — у меня теперь свой «товарищ капитан», герой Советского Союза. Девки обзавидуются.
