Но ее четвероногий спутник совсем упускал из виду возможность прибытия к месту схватки новых глайдеров. Сама она наверно согласилась бы даже на такой исход. В душе по-прежнему царил покой и осознание хорошо исполненного дела. Убийцы ее мамы мертвы. А все остальное не важно. Но вот отдавать на растерзание Лео не хотелось. Котенок уверенно вел ее прямо к переходу. По получаемым от него ощущениям, он воспринимался как источник холода, становившийся все более отчетливым по мере приближения. Видимо так ниахары ощущали эти дыры в пространстве.
Котенок нетерпеливо дернулся, оглядываясь на нее, и исчез в дымке перехода. Не останавливаясь, Нэстэ инстинктивно задержала дыхание и поспешила следом, рассчитывая, что Лео сможет найти переход-спутник.
Сделать она ни чего не успела. Тугая стена воздуха продавилась под ее телом как вода. Что-то черное с хрустом врезалось в лицо и вдавилось так, что потемнело в глазах. Со свистом вылетел воздух из сдавленной груди. Резкая боль в распоротой камнем щеке немного отрезвила. Было такое ощущение, что на спине лежит многотонная плита. Вес тела не только выдавил весь воздух из легких, но не позволял даже вздохнуть. Нэстэ запаниковала и попыталась двинуть рукой, но и этого не удалось. Ценой неимоверных усилий она смогла втянуть в себя несколько глотков местного воздуха. Он пах пылью, но хоть можно дышать. Котенок недоуменно мяукал где-то сбоку. Потом он появился в поле зрения и осторожно потыкался мордочкой в лицо, явно пытаясь понять, что с его напарницей. Сам он, похоже, чувствовал себя очень даже ничего. Только лапы держал растопыренными и согнутыми под непривычным углом.
Сделав еще один вдох, Нэстэ сосредоточилась, пытаясь передать своему питомцу приказ уходить. Сожаление о прощании и своем бессилии.
Но котенок не пожелал принимать ее эмоции. Какое-то время крутился рядом. Потом как будто получил четкие указания или до чего-то додумался и начал осматриваться. Затем, радостно мяукнув, вцепился ей в рукав и как собака начал тянуть. По эмпатической связи Нэстэ ощутила уже знакомое чувство холода. Котенок явно пытался ее протащить в направлении перехода.
С огромным усилием удалось сдвинуть руку. Потом другую. После нескольких долгих попыток, разглядела спасительную дымку. Переходов было несколько, но Лео тянул ее к одной, конкретной но не самой близкой.
Сколько прошло времени, она не смогла бы сказать. От неимоверных нагрузок казалось, что порвано каждое сухожилие. Суставы ныли и даже скрипели. Поднять голову не было никакой возможности, как и оторвать тело от камней. Поэтому при каждом движении их острые углы впивались в кожу, еще силене распарывая на щеке царапину полученную при падении.