Он играл на гитаре.
— Он хорошо играет. И не только на гитаре, — подтвердила она. — Как называлась таверна?
Глубоко задумавшись, я покачала головой. И так сложная ситуация запуталась ещё сильнее. Неужели Курт принадлежит роду Вотерборн и, как я, скрывает свою сущность? Тогда как он связан с нелегальными артефактами? И связан ли, ведь не он дал дурман Виктории? Но главное, зачем он познакомился с ней? Она ведь рассказывала, что он сам однажды к ней подошёл во время прогулки в центре. Они несколько раз встретились, и он показал ей, где пекут самые вкусные оладьи в городе. Может, дело в тяге, они друг другу подходят? А если Виктория знает, кто он? В любом случае глупо снова молчать и пытаться самостоятельно справиться с последствиями.
— Отказываешься говорить, да? Из-за того случая? Ты мне жизнь сломала, понимаешь? Я сорвалась, о чём теперь жалею. Но это не повод молчать о моём похищенном брате, — выдала ледяную отповедь Элиза.
— Причём тут… — поморщилась я. — Просто, мы все можем попасть в неприятности. История… мутная. Предлагаю компромисс. Я сегодня свяжусь с Ланкастером, пообщаюсь с ним, а он уже выйдет на твоего отца или свяжется с тобой.
Элиза выпрямилась, задумавшись над моими словами.
— Да, ты права, дело серьёзное. Ланкастер один из лучших. И я тоже свяжусь с ним, завтра, — кивнула она сдержанно. — Спасибо, Вуд, — последние слова она буквально силой выдавила из себя, но я оценила её старания."
"После второго за день тяжёлого разговора мне предстоял ещё один. Я поделилась своими проблемами с Мелиссой, ведь она лучше меня понимает в интригах драконов. А она подтвердила, что пять лет назад в семье Вотерборн произошло несчастье, похитили младшего сына рода, и его до сих пор не нашли. Многое в этой истории оставалось совершенно неясным, но было решено, что снова допрашивать Викторию не стоит. Если она знает, кто такой Курт, может предупредить его. Потому я достала свой артефакт связи и связалась с Ланкастером, мысленно молясь о том, чтобы Итан не успел вчера его напоить дабы выведать тайны.
— Доброе утро, Джослин, — вопреки моим опасениям следователь был свеж, опрятен и полон сил. — Надеюсь, ты звонишь пожелать мне удачного дня.
После вчерашних посиделок я успела пропитаться к нему доверием, потому больше внутренне не тряслась, хотя всё ещё удивлялась столь быстрому переходу к фамильярному общению.
— Нам надо поговорить, срочно, — сообщила я прямо. — И мне нужен тот артефакт…
— Какой? — заинтересовался он, в миг становясь серьёзным.
— Которым ты нашёл у меня… кхм… наркотик.
— Мда… Доброе утро, — хмыкнул он. — Буду в академии в обед.