После ужина мы проводили Холландов до гостиницы, я взяла вещи, и мы попрощались. Правда, я лелеяла надежду ещё поговорить с Мелиндой позднее, хотя бы по артефакту.
Обратно нас вёз не Уэсли, а охрана на своём магмобиле.
— Академия в другой стороне, — отметила я, когда машина проехала нужным нам поворот.
— Да, я решил, что мы всё же поедем ко мне, — сообщил Итан. — У меня безопаснее.
Кажется, он привёл этот аргумент специально, чтобы я не сумела возразить.
— В плане сохранения жизни, само собой, — вспомнив Мелинду, я недовольно вскинула подбородок и отвернулась.
Конечно, кокетничать не умела, но кое-что всё же подметила. Достаточно выразить лёгкое неодобрение, неравнодушный человек попытается исправить положение.
— А в плане сохранения чего не безопасно? — усмехнулся Итан.
Я посмотрела на него с возмущением и отвернулась к окну, но больше, чтобы скрыть румянец на щеках.
— А Линда ещё у тебя? — решила я напомнить о причине своей злости.
— Нет, не у меня. Время позднее, она вчера и так задержалась дольше, чем позволяли приличия.
— Это ты сейчас задумался?
— Нет, вчера я понял кое-что важное.
— И что же? — заинтересовалась я.
— Расскажу, когда останемся наедине, — произнёс чуть хрипло, и почему-то по телу побежали мурашки.
На этом разговоры завершились, тем более квартира Итана находилась в центре, ехать пришлось недолго. Охрана просканировала пространство, прежде чем выйти из машины, проверила вход в здание, после чего нас проводили прямо до двери. Итан пропустил меня в тёмную прихожую. Зашёл следом. Закрыл дверь. И мы остались наедине. Совершенно. На всю ночь.
Я тяжело выдохнула, когда сильные руки обвили талию, прижимая меня к груди мужа, а шею обожгло касание горячих губ. По коже побежали колкие мурашки. Глаза закрылись сами собой, мысли забились в беспорядке. Мне надо было их приструнить, собрать в кучку, но я просто стояла и дрожала в крепкой хватке, ошеломлённая будоражащими поцелуями.
— Что ты понял, Итан? — срывающимся голосом спросила я.
— Что хочу только тебя, — прошептал он, обдавая влажную от его поцелуев кожу судорожным вздохом.
Сердце ёкнуло и забилось с особой силой.
— Интересный вывод, и как ты к нему пришёл?
— Не думал, что ты такая ревнивая, — хрипло усмехнулся он, разворачивая меня к себе лицом.
Только темнота не позволяла увидеть мужа. Наверное, и его это не устраивало, потому что в воздух над нами вдруг подлетел магический огонёк. Голубоватый свет тенями заиграл на улыбающемся лице Итана. Он склонился ко мне с намерением поцеловать, но я опустила голову, не позволяя.
— Я боюсь, Итан.
— Я помню, что для тебя это впервые, Джослин.
— Не этого боюсь, — призналась честно.