В мелкой и извилистый речке, пологий однообразным песком, другой крутыми обрывами, на плаву застряли случайные мусорки. Тихая вода окутывает грязный целлофановый пакетик и кочан гнилой капусты — типичная натюрмортная композиция для городского берега. Так начинается необычная история, где жалость давно уступила место решительности....
Вогнал их в ступор грозным видом и спросил:
– Где вы были, когда этому барану башню снесло?
– Да мы чо, мы по делам, – жалко пожал плечами Серый. – А он к девке своей поехал. Нам что, свечку держать?"
"– Будет вам свечка. За упокой ваших гребаных душ. Вы что, не въезжаете, как меня подставили? Что мне теперь Вячику говорить. И Мироныч спросит, что за хрень вы тут развели. Что мне им говорить?
– Да ладно, может, обойдется? – буркнул Серый.
– Куда обойдется? Чувак выжил и сейчас показания ментам дает.
Дымыч оттянул назад ногу, чтобы ударить лежащего Игоря, но передумал и отступил на шаг.
– А что теперь делать? – озадаченно спросил Костяка.
– Что делать, что делать... Сухари сушить! Вот что делать!
– Вячик сказал, что любого от кичи отмажет, – напомнил Серый.
– Любого, кто за общее дело влетит. А этот из-за бабы косяк упорол...
Игорь и сам понимал, что сотворил огромную глупость. В бригаде проблемы с воровской братвой, все на ушах, а ему личные тараканы в голове покоя не дают.
Надо было стерпеть и просто-напросто вычеркнуть этот позорный эпизод из своей жизни, но как будто сам нечистый дернул Игоря за язык. Костяка и Серый сначала его на смех подняли, а потом сами же посоветовали ему поквитаться с жиртрестом. Да он и сам спал и видел, чтобы отомстить.
