Автор
Антон смотрит на светящееся в окне солнце, пытаясь унять головную боль и снова заснуть. Но вместо этого он натыкается на косичку рыжих волос, принадлежащих Даше — противной подруге, которая не хочет ничего кроме половых отношений. Внезапно все в комнате начинает казаться мрачнее и загадочнее....
Вздыхаю и ухожу с трибун, не хочу больше портить ему тренировку, пусть занимается. Антон хороший игрок, у него большое будущее, отвлекающим фактором быть не готова.
Захожу к Алёнке, она ставит мне уколы, ещё в подростковом возрасте на гимнастике была травма позвоночника, приходится до сих пор прокалывать лекарства курсом, чтобы не давала о себе знать. Спорт — сложная штука. Жаль, что пришлось завязать с профессиональным и податься к тренерам, но жизнь распорядилась именно так.
— Ален? — заглядываю в кабинет. Она последние пару дней очень грустная, мне даже жалко её. Сидит за столом и что-то пишет в тетради, а глаза заплаканные.
— Ты на укол? — спрашивает, отрываясь от своего занятия. Киваю.
— Что-то случилось? Может, тебе помочь чем-то?
— Да… — хмурится, а я закрываю кабинет на ключ, чтобы всякие Ковалёвы снова не залетели сюда во время укола, — папа с мамой планируют переезжать в другой город через две недели. Я, конечно, с ними.
— Разве причина для грусти? Переезд это здорово, к лучшему! — пытаюсь подбодрить, сама вспоминая, как переезжала в этот город, пытаясь сбежать от Ярослава.
— Мне очень сильно нравится наш Сережа, — вздыхает, рассказывая правду, — и мне совсем не хочется уезжать, если честно.
Алёне восемнадцать лет, она с колледжа сразу сюда медсестрой работать пришла.
— Он, вроде, и сам от тебя без ума, — за неделю я это же успела понять. Парни его постоянно подкалывают.
— Говорят так, только вот сам он никаких шагов не делает, и я навзываться не буду. Если бы он… не важно, в общем. Все равно уезжаю, они вернутся со сбров, меня уже здесь не будет.
Алёнка вздыхает совсем грустно, и я, поблагодарив за укол, выхожу из кабинета, задумавшись. Потому что… Это на самом деле так грустно.
А Антон… Антон делает огромные шаги. И уезжать я никуда не собираюсь, но обстоятельства складываются так, что вместе нам никак не быть.
Почему жизнь такая жестокая штука?
То, что она никого не жалеет, я ещё в четырнадцать поняла, когда прямо с соревнований на скорой уехала и потом полгода в корсете ходила.
