— Яна, привет! Ты дома? — слышу голос подруги. На заднем фоне раздаются чьи-то голоса и свист веселого праздника. Леся отмечает что-то важное с молодым человеком, а я в это время самодостаточно готовлю любимые котлеты. Конфетно-букетный период давно завершился, уже почти два года как мы живем вместе....
Не хочу суеты и лишней траты денег.
После недолгих споров мы приходим к общему знаменателю и договариваемся, что вместо свадьбы поедем на несколько дней в свадебное путешествие.
– Яна, это не твой отец? – легонько прикасается к моему плечу Воронцов, вынуждая отвлечься от телефона и повернуть голову в указываемую сторону.
Яркий солнечный свет слепит глаза так, что я не с первого раза распознаю знакомые черты.
Широкие плечи, густая шевелюра некогда темно-русых, теперь уже седых волос, грязная роба разнорабочего.
Я как завороженная гляжу на то, как он, пошатываясь от тяжести своей ноши, ходит взад-вперед, сгружая и ставя тару с гремящими бутылками на пол.
С обратной стороны этого здания частный магазин, и, как я понимаю, напитки предназначены для продажи.
Но при чем здесь отец? Он всю жизнь проработал старшим мастером цеха на нашем химзаводе, зарабатывал достойно.
Я невольно иду к разделяющему нас забору, останавливаюсь в двух шагах и замираю. Отец замечает меня не сразу. Вначале на меня таращится тот, который сидит с грязной мятой кепкой в руках, лыбится сально, а потом свистит отцу."
"– Твоя, что ль? Похожа, – кивает он на меня.
Папа останавливается у машины, начиная ладонью тереть щетинистый подбородок. В глазах стыд, растерянность, удивление и даже… злость?
– Яна? – делает он шаг в мою сторону.
В его глазах по-прежнему странное недоумение. Словно он не ожидал меня увидеть здесь.
– Я подожду тебя в машине? – шепчет на ухо Воронцов. – Не буду мешать.
– Здравствуй, пап. Ты как здесь… ты же уехал? – сиплю внезапно севшим голосом.
Столько вопросов крутится в голове, но я терпеливо жду, пока он проводит взглядом Воронцова.
– Твой, что ли? – кивает, когда Денис садится в машину.
– Пап, ты что здесь делаешь? – повторяю настойчиво.
– Работаю, не видишь? – рубит одной фразой. – Я думал, ты вышла замуж и давно умотала из города.
– Нет. Я никуда не уезжала. А ты… – снова делаю попытку.
– Вернулся, как видишь, – разводит он руками.
– Гриш, потом лясы точить будешь! Давай работай. Нам еще на Садовую ехать, забыл? – сплевывает раздраженно третий напарник.
