[18 июня, 24 дня до конца Таймера, Москва] Центр планирования операций СПО и штаб территориальной обороны центральных районов Москвы приобретал амбразуру жуткого напряжения. Высшие офицеры, техники и административный персонал не покидали свои посты, как черные воронки, подстерегающие опасность. Здесь царил странный баланс между бесконечными обсуждениями планов и угрюмым шепотом таймеристов....
Похоже, «Неучтенный элемент. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Не спорьте с очевидным, это вас не красит, — Серебрякова вздохнула, смотря как я снова коснулся пленного, выключая подчинение. — Хорошо, надеюсь на твою благоразумность. Подполковник Воронов, а у вас сейчас наверняка много дел.
Подполковник сложил руки на груди."
"— Безусловно, но из СПО я здесь старший офицер. Начинайте допрос.
Серебрякова явно была не тем человеком, который привык спорить. Да и высокомерие она просто излучала. Как будто ЕЙ виднее всё обо всём. Впрочем, она не стала выгонять меня приказом или требовать подписания документов, лишь сомневалась в силе, побуждая желание когда-нибудь потом принять предложение поспаринговать.
Кляп вынули изо рта пленного и ещё недавно кричавший тут же захрипел сорванным голосом.
— Меня заставили! Это существо поймало меня и заставило делать всё, что оно скажет!
— Что последнее ты помнишь? До того, как тебя схватили.
На мгновение человек заколебался. Я мягко говоря не силён в анализе мимики, зато вижу и воспринимаю очень многое.
— Как шёл по лесу… я не мог ослушаться, магия меня заставляла!
— Странно, — произнёс я, отчего Серебрякова недобро уставилась на меня. При том, что она была на полголовы выше и гораздо крупнее, да ещё при положении и силе, наверное обычный студент стушевался бы. Но я не думал прикидываться ветошью и вести себя тихо. — Не уверен насчёт провалов в памяти, но что Изотов, что некромант недавно ненадолго приходили в себя. Кажется, они понимали, что делали.
Серебрякова слегка засветилась аурой.
— Алексей, прекращайте. Вы мешаете допросу, а история об Изотове у нас уже попросту под запретом, — я бросил взгляд на скривившееся лицо Воронова, который похоже уже достал всех попытками восстановить справедливость.
— Если угодно слушать ложь в лицо, кто я такой чтобы мешать вам. Но Велар сказал, что изменённым он записывает новый разум поверх старого. Именно поэтому они могут между собой общаться на иномирном языке.
— Я уже передал, что это существо говорило с Алексеем, — вмешался подполковник, и я сразу дал пояснение.
— Предлагало сдаться. Мол, или закончу без боли или вовсе буду личным слугой, с лучшим положением, какое будет доступно остаткам человечества. Иномирец очень высокомерен и не сомневается в их победе. Впрочем, это лишь его слова.
По лицам многих присутствующих пробежала тень.
