Видимо, боль настолько сильная, что терпеть её даже в отключке было невыносимо. Я решил оставить ей браслет с пятью изумрудами, в которых находились пять даров «лечения», мощная штуковина. У меня имелся его брат-близнец, который достался от Вэя.
Как я понял, все четверо «Золотых Тигров» являлись родственниками уж больно у них, у всех похожие артефакты и броня. Абсолютно никаких отличительных особенностей. Я бы даже сказал, это родственники из каких-то более слабых ответвлений рода. Ранее я уже слышал, как они упоминали старшего брата. Значит, над ними есть ещё кто-то.
Что же касалось солдат… То, скорее всего, «Золотые Тигры» управляют западными землями, отчитываясь перед столицей. Вот они и примчались сюда, чтобы купировать угрозу вторжения, а тут мы… Нехорошо получилось, но уже обратно ничего не переиграть.
Только сняв с Сюэ броню, я смог увидеть, что у девушки был врождённый дар. Вот почему она с такой лёгкостью обрубила водяные нити Хриплого. Дар «усиления водной стихии». Интересно, сколько он даёт прибавки? Я прикинул, что если бы пользовался подобными дарами, то, наверное, мог бы сравняться с обычными магами моего уровня, но не больше. Дар, конечно, хороший, но пока убивать её ради него смысла нет.
Полностью разоружив Сюэ, я приступил к остальным. Все артефакты скидывал в броню девушки, а после, одним кулём перекинул всё добро в изнанку. Очень удобно, оказывается, так делать. Осталось только понять, как Шикари умудряется прятать оружие и артефакты так, чтобы они всегда были у него под рукой.
Обчистив всех до нитки, я подхватил девушку и закинул на плечо, Одноглазого я ухватил просто за шкирку и поволок по земле, ему нежности уже ни к чему.
Долго волочить его не пришлось, ведь мой тоннель начинался в пятидесяти метрах от той поляны. Как только я появился у входа, Тишш начал угрожающе рычать, давая понять, что мне здесь не рады. Точно, я ведь совсем в другом обличье. Пришлось посылать мыслеобразы всем питомцам, чтобы они поняли, кто перед ними. Сделать это было сложно, но через пару минут, все успокоились.
— Обед, — сказал я и бросил своим питомцам ублюдка.
Это был его закономерный финал. Вернее, не совсем, финал будет чуть позже, когда они его высрут и он станет прекрасным удобрением для местных лесов. Хоть раз в жизни сделает полезное дело, я улыбнулся, глядя, как задорно «Луи Ля» его раздирали на части.
Юй смотрел на меня непонимающим взглядом.
