В очередь за заказами входила страх, как при выборе чужого заказа я замерла перед возможностью стать кем-то другим. Поверить не могу в то, что так нелепо упустил жизнь. Что же случилось? Моей памяти не хватало ответа на эти вопросы. Теперь я юный барон с новой миссией — вернуть свою силу и уничтожить зло, причинившее мне такое горе....
А он обзавёлся солидным боевым опытом и не умер так бездарно сегодня. Но кто я такой, чтобы судить людей? Сам не лучше, было бы забавно, окажись, что я умер подскользнувшись на мокром полу в ванной комнате.
Оценив своё новое тело, я пришёл к выводу, что для начала сойдет. Если не считать нескольких уж очень уродливых шрамов, которые успели оставить пареньку так называемые «друзья». Интересно, почему они не исчезли, когда я выпил эликсир восстановления? Но думаю, что это дело поправимое, с другой стороны, шрамы во все времена украшали мужчину.
Ещё раз внимательно ощупав лицо, я не обнаружил на нём никаких последствий драки и боли которая сопровождала меня всю дорогу. Хорошо что я не прибил того урода. Понимание, кем Антон являлся на самом деле, дошло до меня только сейчас.
Сын польского виконта оказался настоящей занозой в заднице этого благородного заведения. Истеричный и злопамятный барон постоянно донимал остальных учеников, вовсю пользуясь положением своего отца, которое, к слову, было не таким уж и высоким.
После катастрофы, которая случилась несколько веков назад, многие страны оказались не в состоянии противостоять монстрам из пробоев. В спешном порядке, граждане были вынуждены покинуть обжитые территории в поисках убежища. Так, в Российскую Империю хлынули потоки беженцев, среди которых оказались многие аристократические рода, с которыми впоследствии пришлось считаться.
Карские прибыли в империю вместе с беженцами. Как и все остальные аристократы, они требовали к себе особого отношения. Удивительно, но им удалось получить протекцию местного графа и титул виконта. Получив виконтство с приличным наделом земли в безопасной зоне, они перестали считать аристократов ниже себя по статусу за людей. Не говоря уже о простых одаренных, дворянах и гражданах городов. А про простолюдинов я вообще молчу.
Несмотря на то, что мы с Антоном оба были баронами, он мог доставить мне серьезные проблемы.
— Спокойно, Аш. — сказал я себе, пытаясь не закипеть."
"Аш? Я улыбнулся. Так меня называла сестра в прошлой жизни. Но теперь я Дмитрий Иванович Донской. Барон-сирота, которого после гибели родителей, упекли в интернат для одарённых детей. Но если подумать, хрен бы кто пустил сюда такого жалкого мага, как я. Так что слово «упекли» здесь не подходит.
