В очередь за заказами входила страх, как при выборе чужого заказа я замерла перед возможностью стать кем-то другим. Поверить не могу в то, что так нелепо упустил жизнь. Что же случилось? Моей памяти не хватало ответа на эти вопросы. Теперь я юный барон с новой миссией — вернуть свою силу и уничтожить зло, причинившее мне такое горе....
Просто заявили, что в интернате новые правила и теперь выход на перемену из класса стоил по двадцать пять рублей.
Ну а кто будет спорить с дежурными-аристократами? Разве, что другие аристократы. Поначалу, желающих вступиться за обычных одарённых не оказалось, вот мелкие и платили, пока младшенькому это не надоело это терпеть и он не вступился за одноклассников, пообещав организовать дежурным весёлую жизнь, если те от них не отстанут. Они не отстали. Я бы и сам с удовольствием с ними поговорил и спросил за такие фокусы.
Впрочем, я думаю, что этим хозяевам жизни уже и так конец. Скандал вырвался наружу, как огненный шар из рук Михаила, старшего из братьев.
Сгусток пламени на большой скорости устремился к противникам, но в последний момент, перед ним выросло препятствие в виде стены песка. Раздался оглушающий взрыв и столб черного дыма в виде небольшого гриба устремился в небо. Ещё бы чуть-чуть и менее расторопный дежурный действительно поджарился. Но вместо этого произошел взрыв, который оплавил песок и разметал дежурных в разные стороны.
Ничего себе, я присвистнул. Очко присуждается команде Карамазовых, лихо он их раскидал.
— А эта дуэль точно до первой крови? Или Карамазовы решили их прикончить? — спросил я у паренька.
— Очень на это надеюсь! — ответил он с нескрываемой радостью на лице.
— Донской, — меня окликнул Дружинин и жестом пригласил к себе.
Убедившись, что мои ребята нашли себе удобный столик в вип-ложе и уже вовсю наслаждались зрелищным боем, я направился к Олегу, который стоял в окружении помощников и других учеников.
Помощники старательно принимали ставки и следили, чтобы никто посторонний без разрешения не пролез на трибуны.
В интернате с дуэлями всё очень строго. Прежде чем надрать кому-либо задницу, ты обязан был поставить несколько подписей. Первую, о своём добровольном участии в дуэли и вторую, об отказе от претензий, в том случае, если задницу надерут уже тебе.
Дружинин занимался не только тотализаторами, но и являлся ответственным по проведению дуэлей.
— Готов к дуэли? — он спросил у меня, протягивая журнал регистрации.
— Всегда готов!
Подхватив журнал, я стал искать свою фамилию и заметил один очень интересный момент.
— Ну Терехов, жучара.
