В кабинете директора вздыхают непривычные моменты: Константин Львович, расхаживающий по комнате и опрокинувший несколько рюмок коньяка, застает Анастасию Дандевиль в неудобной позе. Здесь воздух наполнен тихим шепотом, нарушаемым лишь каплями слез на лбу секретарши.
Сам того не понимая, только что он сохранил себе и своим подельникам жизнь. Нет, не навсегда, всего лишь на некоторое время. Время, за которое его жизнь превратится в ад. А потом он сам попросит, что я его пристрелил. И даже тогда, смерть — слишком лёгкое наказание для таких ублюдков как он.
— Ушлепок, ты что, так ничего и не понял? — я хищно улыбнулся, заглядывая ему прямо в глаза,
— Чё? — он отвлёкся от жирдяя и уставился на меня с непонимающим выражением лица.
— Хер через плечо, — проревел я и подлетев к нему, пробил прямым ударом с ноги в корпус, предварительно усилив правую ногу.
Кажется перестарался. Моя нога буквально утонула в его теле и в тот же миг, он, на огромной скорости, полетел по прямой в обеденный стол. Удар был такой силы, что стол не смог остановить его тушу, разлетевшись на части. Ну а дальше была стена пещеры, об которую он шмякнулся всем телом и мешком плюхнулся плашмя на землю.
— Сопляк, мать его! — я сплюнул на пол.
— Эй! Какого чёрта ты творишь? — возмутился ещё один.
С этим дурнем я уже не стал церемониться. Он не выглядел особо опасным. Просто ещё не осознал, что произошло и что основное сопротивление уже подавлено. Так что я недолго думая, снял автомат с плеча и прицелившись, выстрелил ему в коленную чашечку. Ух, её разорвало на части. Я поморщился, а этот придурок начал вопить на всю пещеру. Сам виноват. Я подошёл к нему и пнул по морде, чтобы успокоился. Помогло.
— Ну что говноеды? — я ухмыльнулся, переводя взгляд с одного подонка на другого, — Есть ещё желающие со мной поспорить?
Глава 3
Как ни странно, больше дураков не оказалось и ответом мне послужила тишина.
— Построиться, уроды! — я гаркнул на остальных.
Семеро козлят, выстроились передо мной в строй. Четверо из них сделали это с превеликим отвращением, один даже матюкнулся себе под нос. Конечно, аристократам не пристало выполнять чужие приказы. А вот трое других, сделали это без какой-либо неприязни. Приспособленцы, таким не привыкать. Их я и взял в оборот.
