В этой книге XXI мы оказываемся в мире космических боёв, где каждая личина имеет значение. После скандального взрыва на борту корабля Высоких Зеков всё зависит от одного охранника — его решимости противостоять незаконному проникновению в безопасное пространство. Пока он слизывает последние улики, его жизнь и судьба зависят от того, найдёт ли она защиту или будет отправлена на гибель....
Чтобы всё выглядело естественно, я сразу же направил двух марионеток назад, словно они предупредили зеков и побежали обратно на корму. Сам же, прицепив к потолку «нити», подтянул себя. Мог бы и в каюте ближайшей укрыться, но он мог услышать скрип открывающейся двери.
— Что за проблемы? — когда дверь распахнулась, из неё вышел Давид.
Одна из марионеток остановилась, развернулась и махнула ему рукой, мол, пошли, покажу.
— Я сейчас буду, — сообщил он остальным и направился за ними.
Вот ты и попался… Как только он прошёл мимо, я спустился обратно на пол и последовал за ним.
Когда до лестницы оставалось каких-то пару метров, он неожиданно развернулся и направился обратно. Понятное дело, что убраться с его пути я не успел. Банальная, глупая ошибка.
Всего лишь на секунду между нами возникла неловкая пауза. Он смотрел на Хриплого, который повернулся на шум. Я же уже отвёл руку назад, чтобы ударить ему шипом прямо в глаз.
Секунда осознания прошла, и глаза Давида наполнились ужасом. Он попытался развернуться и побежать обратно к лестнице, но кто же ему позволит. В глаз я не попал, он успел повернуть голову, но висок, тоже ничего. Появился я практически в момент удара, когда острый костяной шип уже был на расстоянии нескольких сантиметров от виска.
Дверь в хранилище захлопнулась со страшной силой. Вот только открывалась она с моей стороны. Я видел, как ублюдки, оставшись там вдвоём, засуетились.
— Ты это видел⁈ Он выскочил прямо из изнанки! — послышался глухой и истеричный голос Ядвиги.
— Сам знаю! — рявкнул в ответ Хриплый, — Я думал, что придурок из Цинь с ним справился. Не давай ему сюда зайти! — приказал он.
Вот так и бывает, хочешь сделать всё хорошо, а прокалываешься на том, что какому-то идиоту вдруг понадобилось вернуться. Тебе же китайским языком сказали, проблемы, значит, иди и решай их. Фиг ли ты булки мнёшь. Я злился от настолько кривого исполнения убийства. Причём злился непонятно на кого конкретно, скорее всего, сразу на всех. Сволочи, столько с ними всеми мороки!
Коснувшись груди Давида, я забрал дар «магии крови» и поспешил к двери.
