Вот эта тревожная сцена уже вынуждает Шикари активировать звериные дары. В этом поле цветущих растений он чувствует приближение недовольных соседей, и его ярость как свеча вспыхивает от древнего противника. Кисса же повела себя совсем по-другому — словно зверь на охоте, она неотступно следила за целью без привязанности к окружающей действительности....
Камень укреплялся с каждой секундой, пока группы прикрытия готовили отнорок для укрытия.
Всё произошло слишком быстро. Камень раскалился докрасна и начал плавиться, пропуская через себя лаву. Нетрудно было догадаться, что и на стороне противника выступали весьма искусные маги.
— Отступаем! — последовал новый приказ цесаревича, и все до единого маги бросились в отнорок.
Успели не все. Трое из группы прикрытия проигнорировали приказ или просто не услышали его. Они хотели забрать с собой пулемёты, за что и поплатились.
Поток хлынул вперёд, и только чудом цесаревичу удалось запечатать отнорок, чтобы в него не хлынула магма.
— Уходим! Уходим! — кричал он, пробиваясь словно трупоед к своему тоннелю.
Магма в буквальном смысле плавила стены тоннеля, стремительно приближаясь к отрядам.
Цесаревич не сразу понял, что это была банальная ловушка. Кто-то весьма сильный ждал от него подобного хода и, что самое главное, дождался.
— Наверх! Выбираемся на поверхность! — вновь отдал приказ цесаревич.
Благодаря «радару» он понял, что возвращаться было уже некуда. Волна магмы уже затопила тоннель полностью и сейчас шла наверх по шахте, которую они собственноручно и выкопали.
(Гостиница напротив разрушенного замка Карамазовых, апартаменты Эрнеста Павловича)
Эрнест Павлович уселся в кресло и расслабился. Переговоры с Макаровым высосали из него все соки. Так долго идиотом он ещё никогда не притворялся.
Это был первый звоночек, который насторожил Эрнеста. Они с Макеевым не очень ладили, и он бы никогда не пришёл к нему за помощью, и уж тем более речи не шло про переговоры.
