Вот эта тревожная сцена уже вынуждает Шикари активировать звериные дары. В этом поле цветущих растений он чувствует приближение недовольных соседей, и его ярость как свеча вспыхивает от древнего противника. Кисса же повела себя совсем по-другому — словно зверь на охоте, она неотступно следила за целью без привязанности к окружающей действительности....
— Собственными глазами я его не видела, — ответила Анна, — Но Макеев сейчас с ним. Эрнест Павлович сказал, что они вместе с Макаровым собирают коалицию против нас, чтобы завтра проголосовать за Ивана. Если это случится, то в лучшем случае нас просто попросят из форта, а в худшем…
Нетрудно догадаться, что будет в худшем случае. Собственно, этого я и боялся больше всего. Макаров — бывший тайный агент и может устроить всё что угодно, причём чужими руками. Вопрос только в том, что он конкретно задумал. Неужели узнал о поражении Фролова? Или же понял, что Фролов захватит форт быстрее, и пошёл на опережение? Чёрт!
Так или иначе, он решил оставить армию в Улан-Удэ и наведаться в форт, чтобы попытаться захватить его изнутри.
— Дима? С тобой всё в порядке? — Валерия смотрела на меня испуганными глазами.
Она видела, что я смял руль от злости, но не подавала вида, чтобы ещё больше меня не нервировать.
— Макаров сейчас в форте, — ответил я, прикрыв глаза и откинувшись на спинку водительского сиденья, — Мне нужно подумать.
— А чего тут думать? — Валерия удивилась, — Нужно лететь туда, пока не поздно…
Тут она была полностью права, но только в том плане, что туда нужно лететь, причём прямо сейчас. Я должен положить конец нашим играм в прятки.
Не то чтобы я хотел, но мне пришлось согласиться со словами Валерии. Сейчас я нужен в «Восточном» как никогда. Анна уже выскочила из гостиницы и не собиралась там появляться. Она покинула свой номер через окно, а вот Михаил остался там. Предавать мальчика я не собирался. А значит, войнушка за Улан-Удэ отменяется.
Я вышел из броневика. Новый генерал, заприметив меня, выскочил из броневика и направился ко мне.
— Командир, что-то случилось? — спросил он у меня.
— Случалось, Батор, случилось. Садись за баранку, — я указал на искривлённый руль. — Вы возвращаетесь в рыбацкую деревню.
— Слушаюсь, — без разговоров ответил он.
— Валерия, — я обратился к девушке. — Никто из них не должен пострадать. Теперь все они мои люди.
— Да поняла я, — баронесса нахмурилась.
