В трюм устроенных на тихом озере катерах кипит жар и злость. Капитан сиerrasстременно требует выполнения проклятой команды, в то время как Сергей изо всех сил пытается его переубедить. Неудержимый гнев команды противостояния рушится на пределе терпения и убеждений.
Я не собирался никого отрывать от работы, так что решил позавтракать один. Толи в особняке тоже не оказалось. Думаю, он отправился своим ходом в лавку. Этот момент я не учёл, надо будет выкупить у него лавку, нечего ему там делать.
— Дмитрий Иванович! — Мамонтов, заприметив меня за столиком, выбежал поприветствовать лично. — Чего изволите? — Шеф-повар покосился на птицу. — Наша любимица тоже прилетела завтракать?
— Да, — кивнул я. — Вадим Георгиевич, будьте добры, лучшую вырезку для Дымки, а мне хватит и стандартного завтрака.
— Будет исполнено, — он поклонился и побежал на кухню.
— Плохой! — внезапно выдала мне Дымка, глядя в спину повару.
Не понял, я нахмурился.
— Почему плохой? Он тебя обижает? — Ярость начала плескаться где-то на задворках разума.
Дымка покачала головой, а потом сказала, что мяса, которое он выдаёт, ей, мало. У меня аж от сердца отлегло. Думал, что наш повар её притесняет, а оказалось, что кто-то слишком много ест. Впрочем, всё разрешилось.
— Вадим Георгиевич, а сколько мяса вы даёте Дымке? — спросил я.
— Так вот, — он указал на тарелку, на которой лежал стейк, грамм эдак на пятьсот.
— Мало, Вадим Георгиевич, птица явно недоедает, — сообщил я ему.
— Мало? — он удивился. — А сколько надо?
— Думается мне, что двух килограмм за раз будет достаточно, — прикинув, как она питалась до этого, ответил я.
— А ей плохо не станет от такого количества? — с опаской спросил он.
Тут Дымка расправила свои мощные крылья, мол, посмотри на меня, какое мало! Неси ещё больше!
— Думаю, мы это проверим опытным путём, — улыбнулся я, пододвигая тарелку с мясом Дымке.
Та клюнула мясо так, что тарелка раскололась на несколько частей.
— И посуду подберите соответствующую… — заключил я.
Через пять минут Дымка прикончила свою часть завтрака и начала заглядываться на мою тарелку. Я же в это время наблюдал за организмом птицы, которая явно переела.
— Сегодня мы отправимся на твою родину, — сказал я, не зная, поймёт ли она меня. — Будешь там летать сколько влезет.
Дымка заклекотала от удовольствия. Выходит, всё-таки поняла, чему я оказался рад. Ей бы чуточку мозгов побольше, чтобы смогла выражаться более понятно. Но в целом мне и мыслеобразов было достаточно.
