В трюм устроенных на тихом озере катерах кипит жар и злость. Капитан сиerrasстременно требует выполнения проклятой команды, в то время как Сергей изо всех сил пытается его переубедить. Неудержимый гнев команды противостояния рушится на пределе терпения и убеждений.
Древние инстинкты заставляют людей бояться неизвестности, и никаким калёным железом из генов подобное поведение не вытравить. Разве что человек сам потянется к новым знаниям. Другой вопрос, что делать это с каждым днём всё тяжелее и тяжелее. Это по молодости ты можешь скакать как горный баран по скалам, не задумываясь о последствиях. У более взрослого населения такой вопрос и в помине не стоит. А если сюда добавить имущество, которым со временем обрастает человек, то сделать свой выбор становится ещё проще.
Чтобы доставить кошек к берегу озера, мне потребовалось ещё тридцать процентов энергии. Не сказал бы, что было трудно, наоборот, если бы я использовал дар Рыжего, мы бы управились ещё быстрее. Но всё опять упиралось в мою изначальную силу, будь она неладна. Но ничего, этот вопрос уже решается. Я вспомнил слова Андрея Валерьяновича: алхимики уже работали над производством пакетов с концентратом разного калибра.
Другой вопрос, что обычные методы получения силы практически подходят к концу. Чем дальше, тем сложнее получать прирост силы, и это меня немного напрягало. Не зря же сильные мира сего шарятся с целыми армиями по пробоям в поисках крупной дичи. С другой стороны, я бы тоже мог попробовать, надо лишь подумать, как убивать подобных тварей.
— Приехали! — сообщил я кошкам, когда мы прилетели к краю озера.
Разбросав вокруг сгустки света, чтобы кошки понимали, где мы находимся, я стал замечать странные вещи.
— Вам не кажется, что в пещере стало больше света? — спросил я у них.
— Конечно, стало, — сразу же ответила Марта. — Ты ведь её осветил своей магией.
— Нет, боюсь, что я не про это… — Я замер от осознания того, что озеро начало покрываться ярким пламенем. — Что за чертовщина?
Я протёр свои глаза, потому что не поверил им.
— О чём ты? — Берта начала принюхиваться к запахам в воздухе. — Я ничего не чувствую.
