В глухом лесу, где редкие звуки нарушают тишину ночи, Варвара плакала безутешно. Охотники с порога видения подскочили к ним с оружием наготове. Жестокие голоса и угрожающие жесты передали напряжение момента — каждый знал, что здесь может произойти нечто опасное и неизвестное....
— Ах ты паршивец! — внезапно Арина Николаевна бросилась на Громова. — Чёртовы кретины! Всю жизнь себе испоганили, а теперь и нам вздумали? Не прощу!
— Мама! — вскрикнула Настя, попытавшись остановить княгиню, но у неё предательски подвернулась нога. — Ай!
Я моментально оказался около Насти, подхватив ту на руку.
— Держу, — сказал я, глядя на зажмурившуюся девушку.
Настя приоткрыла глаза и, убедившись, что уже не падает, посмотрела уставшими глазами на меня.
— Дим, она же его сейчас убьёт… — прошептала она.
— И будет права, — я пожал плечами.
Мол, дело семейное, она в своём праве."
"— Берта, пригляди за княгиней, — попросил я, а сам понёс Настю в каюту.
— С удовольствием, — Берта поднялась и направилась к княгине, которая дубасила обрубок в виде Громова сапожком.
— Подонок! Столько людей убил! Всё твари, никак не нажрётесь со своим чёртовым папашей!
— Тётя! Проси-и-и! — пищал он в ответ, заливаясь горючими слезами.
— Не раньше, чем ты всё исправишь! — рычала на него княгиня.
— Уй! Хва-а-атит!
Когда мы скрылись в каюте, я на всякий случай всё же продолжил приглядывать за Громовым, а то Арина Николаевна и правда могла его ненароком прикончить.
— Отдыхай, — я положил Настю на кровать, а сам присел рядом. — Мне нужна минутка, чтобы кое-что доделать…
Двери хранилища дворецкий уже открыл, но я не спешил заходить внутрь. Бежать бандитам всё равно было некуда, разве что на тот свет. Все семеро доходяг уже поняли, что ничего хорошего их не ждёт, поэтому просто затаились среди стеллажей с коробками.
Я уже думал пустить туда ядовитый туман, чтобы прикончить всех разом, но потом, пораскинув мозгами, понял, что у меня слишком мало свидетелей. Чем больше будет соловьёв, тем проще будет убедить общественность в том, что всё это хорошо спланированная террористическая акция.
— Мужики, даю вам один-единственный шанс, — крикнул я в темноту. — Выходите и сдавайте оружие, даю десять секунд, после чего вырежу всех семерых.
Последние мои слова особенно отозвались в сердцах бандитов. Я ведь не мог знать, сколько их там находилось.
— Раз! — крикнул я вновь.
Дальше считать не пришлось. Первые два бандита, что были ближе всех к входу, бросились ко мне, снимая автоматы с груди.
