В темном лесу Дмитрий шёл непрерывным потоком в предрассветной тишине. Его сердце колотилось как стучат в кружки, и каждый шаг означал жизнь или смерть. Генерал Собакин не унимался, призывая всех к внезапному отступлению, но Дмитрий знал: ночь может быть решающей для всего дела....
Обновлённая карта вызвала недоумение у всех, кто сидел за столом.
— Позвольте, но здесь же не одна область, а как минимум четыре… — возмутился Василий Егорович.
— Думаю, что примерно так оно и есть, — согласился я, — А что, с этим какие-то проблемы?
Пока все представлялись, я быстро очертил все земли, которые меня так или иначе интересовали. Чего мелочиться? Собственно, я бы и так их забрал себе. На западе я оттяпал кусок не только с крепостью «Аршан», но и всю дорогу до поселения Туран. Дальше дорога уходила к озеру Хубсугул, а потом поворачивала в Монголию.
С запада на восток до Улан-Батора находились непроходимые горы, так что я просто очертил их. Не думаю, что имело смысл патрулировать те территории. А вот Улан-Батор мы обязательно восстановим, ибо именно там находилась дорога, соединяющая нас с Китайской Империей, и именно по ней Лю Бан собирался прокладывать железную дорогу.
Дальше на очереди оказался Улан-Удэ, но я в последний момент решил и здесь оставить буферную зону, расширив её до Читы.
На северо-востоке находились горы, поэтому я захватил весь Байкал и часть территории после него, чтобы Лидеру было комфортней там существовать. А дальше область пошла на север и северо-запад. Мне пришлось тянуть её до крепостей «Зулумай» и «Тунгуска», которые принадлежали Луизе.
— Огромные территории… — заключил генерал-майор Зорин Семён Аркадьевич.
Раньше он возглавлял инженерные войска в Новосибирской области, но не так давно вышел на пенсию. Теперь Соловьёв назначил его министром инфраструктуры и строительства. Увы, но здесь он не угадал. Строительством у меня уже есть кем заняться, а вот стать заместителем Разцветова — если они найдут общий язык — пожалуйста.
— Огромные, — я не стал отрицать, — и все они входят в зону моих личных интересов.
"— Позвольте, — возразил ещё один военный, имени которого я не запомнил, — но при чём здесь ваши интересы? Иркутская область должна войти в состав Российской Империи, а значит…
— Алексей Аркадьевич, — Мышкин перебил старика, — вас позвали сюда для того, чтобы наладить нормальную связь с цивилизованным миром, а не рассуждать о границах области… — наглым тоном произнёс он, — будьте добры, не вмешиваться со своим мнением в подобные разговоры.
