В темном лесу Дмитрий шёл непрерывным потоком в предрассветной тишине. Его сердце колотилось как стучат в кружки, и каждый шаг означал жизнь или смерть. Генерал Собакин не унимался, призывая всех к внезапному отступлению, но Дмитрий знал: ночь может быть решающей для всего дела....
Они сейчас завтракали в столовой вместе с командой катера. Друзей я не приметил. С этими двумя всё понятно, они, скорее всего, ждали меня, а остальные куда подевались?"
"Генерал-губернатора тоже не видать. Возможно, он уже улетел обратно в Красноярск. Чёрт! Свадьба же на носу, а я здесь прохлаждаюсь! Я активировал дар «скорости» и, проделав все рыльно-мыльные процедуры, выскочил из ванной комнаты как ошпаренный.
— Не хочешь поделиться новостями? — спросил я у подозрительно довольной девушки.
— Большинство людей заняты восстановительными работами, — пояснила она.
— Всё оказалось настолько серьёзно? — я нахмурился. — Есть жертвы?
— А ты как думаешь? — Лана перестала улыбаться. — Мы потеряли около трёх десятков жителей, в основном женщины и дети.
— Плохо, — я стиснул зубы. — Что сделали с телами?
— Мы захоронили их в Водоречье, там же, где они и пострадали, — пояснила она.
— Повезло? Скажешь тоже…
Если уж кого и обвинять, то императора Китайской Империи, но делать этого по понятным причинам я не буду. Сейчас мне нужна серьёзная передышка, иначе я кончусь раньше, чем доберусь до него.
Да, разборки с китайским императором мне, увы, не избежать. Рабский ошейник без золотого кольца, которое им управляет, не снять. Конечно, я бы мог разорвать его и посмотреть, что будет, но что-то мне подсказывает, что Вельстрайд подобного вмешательства не переживёт. С электричеством не шутят, поджарит только в путь.
— Есть данные по поселениям Улан-Удэ и Улан-Батор? — спросил я.
— Нет, — Лана печально покачала головой.
Вроде и победил, но осадочек от боя оказался серьёзный. Оно и понятно, Вельстрайд не какой-то там кошак с помойки, он без артефактов сильнее всех нас вместе взятых. Должен ли я его за это винить? Я активировал дар «царя зверей» и убедился, что питомец по-прежнему принадлежит мне. Надо бы его подальше держать от поселений, чтобы жители не учинили над ним расправу.
Мучить вопросами свою теперь уже беременную подругу я не стал.
