В мире иллюзий и реальностей закипала перепалка между военными — от бодрого гурманства до незаметной подлости. Все вздохнули с облегчением, когда в зал привели подносы с горячими бутербродами и свежим кофе, а на лицах начали расплываться уютные улыбки. Кристина запускала маленькие молнии из своих глаз — зрачков, которые пылали как натянутые струны, ослепляя и притягивая的目光 на несущихся к нему мужчин....
— Я могу доверять только тебе, — сказал император, глядя на сына. — Думаю, ты и сам чувствуешь, что в этот раз война идёт не по плану. Словно кто-то могущественный помогает противнику. Более того, мы с Эрастом так и не смогли выявить шпионов, которые сливают данные врагу.
— Я уверен, что среди командования есть предатели, — поделился своим мнением Николай. — Неужели Эраст не смог выявить шпионов?
— В том-то и дело, — император развёл руками. — Эраст целыми днями беседует с генералами, но это как стрельба по воробьям из пушки.
— Логично, — нахмурился Николай. — И что же делать?
— Самый простой и быстрый способ завершить войну — подобраться к Хельмуту фон Эйзекрону и перерезать ему горло… — император посмотрел на сына с надеждой.
— Ты хочешь нанять убийцу? — на полном серьёзе спросил Николай.
— Больше. Я хочу, чтобы ты возглавил отряд убийц, которые проникнут в лагерь противника и вырежут всю верхушку к чёртовой бабушке, — император откинулся на кресле. — Что скажешь? Справишься?
— Сложный вопрос, — задумался Николай.
— Понимаю, и с ответом не тороплю, — император кивнул. — Но ты должен понимать, что противник делает всё, чтобы подорвать моральный дух армии. На кону стоит не только империя, но и наш род.
В кабинете повисла немая пауза. Император задумался о том, правильно ли он поступает.
Что же касалось самого цесаревича, то он прекрасно понимал, что это может быть шанс всей его жизни. Вылазка в стан противника может значительно его усилить, ибо в Российской Империи он уже достиг своего максимума. Увы, но поиск могущественных артефактов не такая уж и лёгкая задача. Там же найдётся уйма сильных противников, с которыми по ходу дела можно делать всё, что захочется. Но также он понимал, что это обоюдоострый меч.
