Княжич осознал, что их план сразу пошёл прах, но уже не мог ничего изменить. Визг и крики воцарялись за стенами убежища, затуманивая звук командира. Княжич толкнул командира в плечо: "Готовимся к атаке!" — и из темноты вылетела тварь, рухнула на створки дверей.
"
"— А я и не знал, что у тебя подобные наклонности, — Тамерлан оказался, как всегда, в своём репертуаре, выдав колкость с лёгкой ухмылкой.
— Ты хоть не начинай, — проворчал я сквозь зубы, — Действуем по ситуации. Посмотрим, что будет дальше…
— Сын зимы! — Я подошёл к бородачу ещё ближе, держа голову высоко, — Поднимись, я хочу посмотреть на тебя…
Концерт по заявкам начался. Внутреннее напряжение отступило на второй план, а я переключился в режим, в котором чувствовал себя как рыба в воде — притворство ради достижения цели.
Мужик мигом поднялся с колена и взглянул мне в глаза. Он был очень высоким, как минимум на три головы выше меня. Эдакий ледяной шкаф, который одним ударом в состоянии ввести меня в кому. Хорошо, что «защитные покровы» на месте. Впрочем, я и артефакты не отключал, а для пущей уверенности, ещё и «волшебные нити» раскидал вокруг, чтобы не дать им и шанса на атаку.
Взгляд командира был тяжёлым, но не враждебным — скорее оценивающим. Он пытался понять, кто я на самом деле, не вру ли ему. Увы приятель, но правду ты от меня не услышишь. Не могу же я рассказать, что это мы атаковали их снарядами, а потом покрошили в мелкую крошку молодёжь. Главное, чтобы Аруш не проболтался, но он, как и все опустился на колено…
— Назови своё имя, сын зимы, — произнёс я с достоинством, делая лёгкий кивок.
— Ролгар, хранитель южных врат, — сдержанно ответил он и вновь поклонился.
Хранитель врат… звучит внушительно. Вроде не тот, кто принимает ключевые решения, но вполне себе фигура авторитетная. Значит, первое впечатление было важным — и, похоже, мы его произвели.
— Твоя гвардия и сам город произвели на нас сильное впечатление. Но особенно — статуя Великой Мораны, — я указал рукой на монумент, возвышающийся над площадью. — Скажи, кому следует выразить благодарность за столь величественный труд?
Глаза Ролгара загорелись — то ли от гордости, то ли от того, что разговор пошёл в безопасное русло.
— Её возводил наш архитектор Айварс, по указу самого Владыки. Много зим ушло на работу, но результат говорит сам за себя.
Я кивнул, при этом внимательно наблюдая за его энергетическим силуэтом. Ни капли лжи, но много гордости. Отлично. Это значит, что пока мы на правильном пути. Но расслабляться рано. Один неверный шаг — и весь лёд треснет под ногами, после чего мы провалимся в настоящее безумие.
