В невиданных широтах, где небо выцветало в бесконечный бледно-голубой цвет, сотни черных точек стремительно приближались. Эти чёрные хлопья снега казались настигающими нас. Шейла извивалась, пытаясь протереть глаза, в то время как я отчётливо видел угрозу, подстерегающую за горизонтом....
— Рафаэль, вам нужно восстановить силы. — она приложила коробочку к его груди, — Вы слишком ценный сотрудник, — она улыбнулась, — И я была бы не прочь сходить с вами на ужин. Выздоравливайте, — девушка резко развернулась и, виляя бёдрами, направилась к выходу.
Открыв ткань, она ещё раз улыбнулась и скрылась за тканью.
И что это было? Сердце княжича заколотилось как бешеное. Он взглянул на стальную коробочку, в которой узнал ту, что подарил ему Шикари. Таблетки с концентратом. Судорожно открыв её, он убедился, что все таблетки на месте.
Княжич без промедления активировал дар «скорости», чтобы одеться как можно быстрее. Оставаться здесь он не собирался. Ещё не хватало, чтобы к нему заявились дознаватели с расспросами об артефактах или концентрате.
Пока натягивал одежду, он пытался разобраться в произошедшем, а точнее — понять, что случилось с его энергоканалами.
Однако стоило ему заглянуть внутрь себя, как страх испарился мгновенно. Перед внутренним взором предстали новые энергоканалы — ровные, крепкие и заметно более широкие, чем прежде. Княжич застыл, а потом опустился на край кровати, едва веря своим ощущениям.
— Неужели… — пробормотал он, и тут же проверил уровень энергии.
Присвистнув от удивления, он понял, что увеличились не только энергоканалы. Теперь он стал полноценным архимагом, пусть и в самом начале длинного пути. Потрясение быстро сменилось возбуждением. Несмотря на пережитое, это был мощнейший рывок вперёд.
Понаблюдав за изменениями в организме и убедившись, что они стабильны, Сергей поднялся с кровати и вышел из своего закутка. Как и предполагал, он находился в просторной палате, разделённой на секции тканевыми перегородками.
На выходе из палаты его смерили взглядом два охранника и сразу же отвернулись. Княжич решил не испытывать судьбу и не провоцировать ненужных разговоров, направившись на поиски столовой. Что ему ещё оставалось делать? Ни собственной комнаты, ни Клауса, который должен был всё это предоставить.
