– Постарайся, Френсис, чтобы при вашей встрече присутствовала и королева. Он не осмелится при ней даже намекнуть на истинную причину своей немилости к нам. Королева молода и мягкосердечна. Думаю, она вступится за нас, потому что симпатизирует и тебе, и мне. Если бы только заполучить подпись короля на моем прошении о разводе! По словам дяди Чарлза, в Эдинбурге сейчас находится представитель кардинала, который мог бы завершить все это дело. Достаточно мгновения слабости Джейми, и мы успели бы пожениться до того, как он изменит свое мнение.
Ботвелл ухмыльнулся.
– Ты уверена, что вы, Лесли, не приходитесь родней Медичи? Комбинаторы из вас превосходные!
Его руки пустились в путешествие по ее телу, и она издала сладострастный вздох.
– Но ты вернешься к Новому году?
Его губы продолжили дорожку по спине, поднялись к затылку.
– Пока не знаю, Кэт, но если не успею, подарки для детей в моем гардеробе, а твой… – он замолчал, потом продолжил: – Нет, не буду говорить, – хочу вручить его сам. – Он повернул ее лицом к себе, нежно поцеловал и прошептал: – Давай-ка пойдем в постель, дорогая.
Спустив тонкие бретельки с плеч, Кэт позволила ночной рубашке соскользнуть на пол.
– Ты уезжаешь надолго, Ботвелл?
Она скользнула в пуховую постель, он тоже, сбросив халат, улегся рядом и притянул ее к себе.
– Не могу сказать с уверенностью…
Голос его был хриплым от нараставшего желания соединиться с ней. У нее на глазах выступили слезы, но он своими поцелуями осушил их. Тела их слились и задвигались в едином ритме, она опять расплакалась в его объятиях.
– Что ты делаешь со мной, Френсис? Почему мое тело так жаждет тебя?
– Тебе удается и кричать, и рыдать одновременно? Я думаю, все дело в том, что мы любим друг друга.
Он завладел ее губами, потом выдохнул:
– Черт возьми, я не хочу уезжать от тебя даже на несколько дней!
И все же он уехал, когда солнце еще не поднялось над горизонтом. Она в одиночестве стояла у окна спальни, кутаясь в шаль и глотая слезы. На губах все еще чувствовался крепкий прощальный поцелуй его жестких губ.
Провожая взглядом удалявшегося от замка всадника, она молила Бога, чтобы Джеймс смягчился. Не мог же он быть настолько твердолобым, чтобы ожидать от нее разрыва с Френсисом Хепберном. Возможно, он уже устал от этой вражды.
Вечером 27 декабря Ботвелл и Александр Хоум в сопровождении трех дюжин вождей пограничных кланов и их приверженцев проникли через конюшни герцога Леннокса в Холирудский дворец. Их первой целью был Джон Мейтленд, но когда они заворачивали за угол скудно освещенного коридора, их заметил юный паж и завопил что есть мочи.
Мейтленд успел укрыться в одном из внутренних помещений.