– Здесь, при дворе короля Генриха, он выглядел каким-то… каким-то… потерянным, что ли, словно чего-то ему не хватало. Теперь я понимаю чего.
Лицо Катрионы просияло, и Найл, пораженный столь неожиданным преображением, воскликнул:
Карета огласилась ее серебристым смехом.
Их путь пролегал по земле Пикардии, вот они миновали Иль-де-Франс и, наконец, въехали в Париж. Город сразу же очаровал и поразил Катриону. Ранее ей казалось, что все крупные города похожи друг на друга, но Париж был особенным. Теперь ей стали понятны слова французского монарха, решившего покончить с религиозными войнами, когда он перешел из протестантизма в католичество: «Париж стоит мессы».
Катриона предполагала остановиться у дядюшки Дэвида, проживавшего в тридцати милях к юго-востоку от Парижа, неподалеку от королевской резиденции Фонтенбло. Когда они оказались на окраине города, Найл объяснил кучеру, по какой дороге следует ехать, а сам поскакал вперед, чтобы предупредить Дэвида Лесли де Пейрака о скором прибытии его племянницы.
День уже начинал клониться к вечеру, когда кавалькада въехала во двор замка Пети-Шато. Не успели конюхи спрыгнуть с лошадей, как два ливрейных лакея подскочили к карете, открыли дверцу, опустили складные ступеньки и помогли Катрионе ступить на землю. Из толпы встречающих вышел элегантно одетый джентльмен. Если бы в нем не просматривались черты ее матери, Катриона ни за что не признала бы своего дядю.
– Катриона! Добро пожаловать во Францию! – поприветствовал он племянницу и расцеловал в обе щеки.
Затем мсье Лесли де Пейрак вытянул из толпы высокую темноглазую женщину и представил ее:
– Знакомьтесь, это твоя тетя Адель.
Катриона присела в реверансе, а хозяйка ей улыбнулась.
– Добро пожаловать в Пети-Шато! Мне весьма жаль, что ваш визит будет столь краток.
– Чепуха! Катриона может жить у нас сколько пожелает.
– Увы, я действительно ненадолго, дядюшка. Мне нужно в Неаполь, и как можно скорее. Так что отдохну немного, обзаведусь новыми туалетами, и в путь.
– Тебе вовсе не нужно ехать для этого в город, – сказала Адель. – У меня есть великолепная портниха, и завтра утром я за ней пошлю.
Хозяйка ухватила Катриону под руку и чуть ли не насильно повела по главной лестнице в замок. Как только дверь за ними закрылась, Катриона вырвала руку из тетушкиных пальцев и, повернувшись к ней лицом, резко сказала:
– Очень хорошо, тетушка, давайте поговорим.
– Что же, это вполне разумно, – усмехнулась Адель де Пейрак. – А теперь быстро говори, зачем приехала во Францию.