Голос евнуха успокаивал, и Катриона почувствовала, как нежное тепло медленно обволакивает все ее тело.
– Смотри, смотри на эту слезку, и очень скоро тебе станет так хорошо, так спокойно.
Бриллиант продолжал раскачиваться, веки ее отяжелели, глаза закрывались, а тело стало совершенно невесомым.
Евнух вытащил из складок своих одежд булавку и, подняв ей ногу, легонько кольнул в пятку. Катриона не проронила ни звука, не отдернула ногу, и евнух, удовлетворенно кивнув, взялся за дело.
– Ты действительно готова подчиниться Чикала-заде как своему хозяину и повелителю?
– Да, Хаммид, я буду стараться изо всех сил, чтобы удовлетворить его.
– Я рад, Инчили, и хочу, чтобы ты тоже была счастлива. Ты должна следовать только указаниям своего тела, красавица. Позволь своему чудесному телу возобладать над острым умом. Владыка Чикала-заде горячо любит тебя, восхищается тобой и жаждет твоей любви. Разве ты не хочешь доказать ему, что понимаешь это?
Пару секунд она колебалась, словно боролась со своими чувствами, но потом произнесла:
– Да, Хаммид, я покорюсь моему господину.
Евнух довольно улыбнулся.
– Благодарю тебя, дорогая. Я уверен, что вы оба будете очень счастливы, а заодно и я. И еще кое-что. Ты не должна говорить визирю о том, что сейчас происходило.
– Вот и замечательно! На счет «три» ты проснешься и будешь готова всю ночь услаждать своего господина. Один… два… три…
Катриона открыла глаза и воскликнула:
– Удивительно! Я спала, но слышала тебя совершенно ясно, а сейчас чувствую себя так, словно только что появилась на свет. Спасибо тебе, Хаммид.
Евнух с улыбкой заметил:
– И опять я должен похвалить тебя за выбор наряда. Ну что, ты готова идти к визирю?
Катрионе нравилось носить роскошные одежды знатных дам, и каждый наряд она выбирала самым тщательным образом. Сегодня это был бледно-розовый шелк, прошитый серебряными нитями: кружевная блуза и жакет. Пояс и туфельки украшали серебряные полоски и бирюза. На запястьях нежно позванивали серебряные браслеты, в ушах красовались крупные серьги из резной ляпис-лазури.
Густую массу волос цвета меда Сюзан заплела в большую косу вместе с лазурными ленточками и ниткой мелкого жемчуга. Лицо ее закрывала розовая кисейная вуаль.
Катриона устроилась в паланкине поудобнее, но едва могла усидеть в предвкушении предстоящей прогулки. Носильщики быстро пронесли паланкин по коридорам гарема, пересекли сад и спустились к мраморному причалу, где стояла на якоре лодка визиря.
Впрочем, вряд ли это чудо, позолоченное и расписанное вдоль бортов красным лаком, можно так назвать. Весла через одно были покрыты бледно-голубой эмалью и серебром, а на веслах сидели рабы, все, как один, угольно-черные.