Автор
Александра Хоббс внимательно слушала приказы старшего брата, чувствуя себя отчаянно неприспособленной к ее роли в мире благородных титулов. Грациозная сестра красовала изящество, но деликатность и утонченность вызывали раздражение, в то время как она сама оставалась скромной и неуклюжей подростком....
– Всегда есть что-то еще, – с улыбкой заметил Кавендиш.
– Но что же именно? – допытывался Свифтон.
Сделав глубокий вдох, Оуэн выпалил:
– Во время своих попыток завоевать расположение леди Лавинии я познакомился с ее сестрой, и она показалась мне гораздо более привлекательной и интересной.
Брови Кавендиша взметнулись на лоб. Кларингтон же глубокомысленно кивнул. А Свифтон присвистнул и пробормотал:
– О, ситуация и впрямь непростая…
– Ты говорил об этом отцу? – спросил Кларингтон.
– Да, говорил.
Кейд, хранивший молчание до этого самого момента, внезапно произнес:
– А мне кажется, все довольно просто. – С этими словами он сделал большой глоток бренди.
Оуэн внимательно посмотрел на него.
– Просто? Почему же?
– Найдите того, кто согласится жениться на старшей дочери, а сами сбегите с младшей, – с улыбкой пояснил Кейд.
Свифтон с Кларингтоном рассмеялись, а Рейф Кавендиш, покачав головой, произнес:
– Наш друг Оуэн не такой как ты, Кейд. Он соблюдает нормы морали.
Кейд отмахнулся и, вновь глотнув бренди, заявил:
– Значимость морали сильно преувеличивают.
– Не слушай его, – сказал Рейф. – Ты не можешь сбежать с младшей дочерью герцога.
– Я ведь даже не знаю, захочет ли она со мной сбежать, – со вздохом пробормотал Оуэн.
– Может, тебе стоит рассказать ей о своих чувствах? – проговорил Свифтон.
Оуэн заерзал в кресле, а Рейф, взглянув на Свифтона, со смехом проговорил:
– Не все мы умеем писать любовные письма вроде тех, что ты когда-то писал Кэсси.
– Но ты всегда можешь поступить так, как я поступил с Люси, – заявил Кларингтон.
Оуэн сделал глоток бренди.
– Как именно?
– Напейся, залезь через окно к ней в спальню и поцелуй ее.
Глава 24
Значит, они больше не будут встречаться наедине в бальном зале Кэсси… Алекс прочитала письмо Оуэна со слезами разочарования на глазах и зарождающимся в сердце гневом.
«Вы сделали для меня все, что могли, – писал Оуэн. – Благодарю вас за помощь. Дальше я попытаюсь действовать самостоятельно».
Но он ведь испытал приступ ревности, когда увидел ее с Беркли. Алекс знала это наверняка, хотя и не располагала доказательствами. Именно такой поворот событий и предсказывали Кэсси с Люси.
