Первым заметил врага Джимми, голова которого до сих пор была забинтована. Он немедленно доложил обо всем Гарету.
— Один из них вон там, у голубого склада, но, похоже, нас еще не заметили.
Гарет посмотрел в ту сторону и кивнул:
— Хорошо. Свернем вправо в конце этого квартала.
Не успели они пройти несколько шагов, Эмили заметила:
— Тебе не кажется, что он ищет не обязательно нас?
— Возможно, — вздохнул Гарет. По крайней мере на одну его молитву ответили. — Я надеялся, что наше описание и новости о скором прибытии не доберутся сюда. Судя по поведению шпиона, он просто оглядывает толпу в надежде засечь меня или одного из моих товарищей.
— Так он не знает, когда нас ожидать, не говоря уже о том как мы выглядим?
— Не знает. Но все это изменится, возможно, уже к концу дня.
Гарет вел их так же неспешно, но уверенно. Со стороны они производили впечатление мужа и жены со слугами, спокойно идущими по своим делам.
— Приходится предположить, что тогда они начнут охотиться именно за нами. До этого нужно найти убежище, очень надежную берлогу, где бы нас не смогли обнаружить.
— И мы опять не должны появляться вблизи консульства.
Перед ними расстилалась узкая улица, и Гарет повел их туда, словно это с самого начала было их целью. Шагая по брусчатке, уводя всех подальше от опасностей пристани, он добавил:
— Маленькая гостиница в каком-нибудь бедном квартале, не связанном с портом, не слишком близко, но с удобным к нему доступом, как и к основным каретным дворам и рынкам, — это то, что нам сейчас нужно.
Уотсон нашел именно такое место. Небольшое семейное заведение было выстроено из старого камня и кирпича, крыльцо выходило прямо на улицу. Рядом, между жилыми зданиями, находились самые разнообразные лавчонки: пекарня, аптека, два маленьких кабачка, кондитерская.
Была середина утра, когда Эмили последовала за Уотсоном в общую комнату гостиницы. Пока Уотсон знакомился с хозяевами и заказывал освежающие напитки, Эмили оценивающе огляделась. Жена хозяина, очевидно, была женщиной домовитой. Эмили приходилось обходиться куда меньшими удобствами.
В комнату вошел Гарет и сел рядом с ней. Остальные рассаживались за другими столами, инстинктивно сохраняя границу между господином и слугами, но Гарет жестом велел им присоединяться. Сам он устроился лицом к двери, чтобы видеть входящих, и приказал Маллинсу занять место у окна.
— Сомневаюсь, что нужно уже сейчас выставлять часовых, но если кто-то заглянет в окно, тебя узнают в последнюю очередь.
Маллинс кивнул и сел.
— Но необходимо думать о подобных вещах, не так ли? — заметил Уотсон. — Мы еще не вышли из леса.