Официально прикрепленные к каравану ребята в очках наблюдали запредельно натянутую драку. Животное тоже интересовалось происходящим: разъярённый парень противостоял мальчишкам в обносках, а ушер в изумлении наблюдал за их мастерством. Не верилось, что такие малыши могут так справляться с большим мужчиной....
Смотри, какой на нём дорогой пояс с ножнами и сапоги отличные. А из этих кожаных штанов идеальной выделки, нам, точно, трое сошьют, и ещё и самому портному останется материал.
Сказано – сделано. Пять минут и мы в норме. Барон с ножом в руке подходит к толстяку и за волосы оттягивает его голову назад и приставляет нож к горлу.
– Значит так, свинья. Сейчас снимаешь штаны, сапоги и пояс. Альтернатива для тебя – перерезаная глотка. Поверь, я это сделаю с превеликим удовольствием и рука не дрогнет.
– Но как же я… – промычал несчастный.
– А так, как все, с голой жопой. – словно подслушав мои мысли, сказал барон. – Моргни, если согласен. И поверь, мой друг, не меньше меня тебя прирезать хочет за твою гнусность. Тебя и твоего дружка. Ему конец! Он эту поездку не переживёт, так ему и скажи. Ему сутки. Не убежит, сдохнет! Ты понял? Тоже самое и тебя касается. Скажешь кому, что тут произошло, у тебя яйца отпадут. Понял?
– Я не могу бросить груз.
– Тогда, с тебя деньги за твою поганую жизнь. Отдашь по первому требованию, понял? Если только попытаешься сжульничать, я сделаю так, что тебе сам родственник твою голову отрежет. Ты веришь?
Глаза у бугая явно как блюдца от страха будут. Вот, безропотно и штаны и сапоги снимает. Попытался немного дёрнуться, как рядом с его головой промелькнула ещё одна молния, а я ему так гадостно улыбнулся.
– Рот раззявишь о том, что здесь произошло, и будешь завидовать Свищу. Что хочешь ему говори, но если я его завтра увижу после заката, то послезавтра утром ты его лично закапывать будешь. Ясно?
Потёк парняга. Дикий маг, это для этого мира хуже ядерной войны. Он столько бед может наделать по незнанию.
– Хоть слово лишнее и ты труп, и поверь, я знаю, как с мёртвыми обращаться, а теперь на четвереньки и пошёл отсюда.
Думал, что не послушается. Какое там. Радостный, что отпустили живым, шустро почапал в сторону стоянки каравана. Но его счастливая улыбка на лице слишком разозлила барона, и тот с размаха пробил дурачку промеж ног. Нашёл, когда улыбаться.
– Оу-оу-о-о-о-о!!! – завыл болезный, вот только его крик, как бальзам на сердце подействовал.
Я улыбнулся радостно скалящемуся Шварцу.
– А теперь хватаем вещи и к реке. Я пока рыбу достану.
